Чабанка - стр. 68
– Не сцы, Мальвина, с нами Артемон. Прорвемся. Ну давай!
Я стучал в запертые двери, Войновский и Эдик на своих плечах держали Вайса, а наши деды исполняли только роли статистов, сраженные нашей активностью и потенциальной изворотливостью. Наконец дверь открылась, Вайса положили в приемном покое на кушетку и начали обследовать. Дежурный врач расспрашивал нас, что случилось. Мы отвечали, как договорились с Толиком, мол, встретились на автобусной остановке, его сильно с животом прихватило, чего он ел, мы не знаем, совсем плохо ему, мы и на автобус сесть не смогли, остались с товарищем, в общем – спасите, Христа ради! А еще вы нам справку выправьте для старшины нашего, деспота и дайте позвонить. Нам отвечали, что товарища нашего сейчас обследуют, жизнь ему, по всей вероятности, спасут, справку дадут, а телефон – вот он, звоните, коль дело военное. В это время во входную дверь постучали и дежурный, бормоча себе под нос, что-то типа: «больной перед смертью потел? Потел, доктор. Это хорошо», пошел открывать дверь.
В прихожей возня, диалог громкий, но слов не разобрать. Хлопнула дверь, врач вернулся к нашему Вайсу. Я пододвинул телефон образованному Менго.
– Звони.
– А кто знает номер телефона?
– А кто вообще может знать номер телефона воинской части? – резонно спрашивает Луговой.
– Дежурный по Военному Округу, наверное, – подсказываю я.
– Ну и что мы ему скажем? Что мы в самоволке?
– Правильно, лучше не звонить, опоздали и опоздали. А так раздуем ЧП на весь гарнизон, только хуже будет.
– Верная мысль.
– Главное, чтобы номер у Вайса проканал>55. А то лепила больно стрёмный>56.
– Да, врач просто, как с нашей призывной комиссии – Рентген хуев.
Так прошло еще минут тридцать. Снова стук в дверь, мимо прошел дежурный, снова те же голоса и спор уже на повышенных тонах. Дежурный вошел к нам.
– Ребята, там ваша помощь нужна. Помогите, пожалуйста, человеку.
Мы в недоумении вышли на улицу. На улице стояли открытый бортовой грузовик и водитель с неряшливой седой щетиной:
– Ребята, помогите, очень прошу.
– Ну чего там у тебя, – предвидя коммерцию, развязно спрашивает бывалый Эдик.
– Дык, покойник у меня в кузове. Пацанчик, малолетка утоп, мне приказали, вот я его сюда и привез. Первый раз я здеся. Хотел сдать в приемное, а мне этот дохтор говорит, морг, типа, там в конце улицы за воротами железными. Дык, ворота там есть, да только ж никто их не открывает в эту пору.
Было уже начало двенадцатого. Мы стояли в растерянности.
– И чем же мы тебе можем помочь, отец? – Эдик уже совершенно другим тоном.
– А вас же шесть человек, я подъеду к воротам, двое перелезут через ворота, двое залезут и сядут на ворота, а двое станут в кузов. Так мы пацанчика через ворота и передадим, с Божьей помощью. Да, вы не боитесь, он в брезент замотан, и малец совсем, не тяжелый.