За речку - стр. 8
Я поднялся из кресла и, поддержав попутчицу за локоть, помог ей занять место у «окошка». На взгляд ей было около тридцати пяти лет, а широкое обручальное кольцо на пальце недвусмысленно заявляло о её статусе. Впрочем, меня мало интересовала дорожная интрижка, просто вдруг захотелось чтобы полёт завершился в ближайшие полчаса.
Мы летели уже более двух часов и за это время обменялись с соседкой лишь парой-тройкой ничего не значащих фраз. Меня вполне устраивало такое положение дел, но попутчице явно хотелось поговорить. Как назло, сон, что называется, не шёл, а перечитывать опостылевший журнал не имело смысла. Понемногу беседа завязалась сама по себе.
– Меня Надеждой зовут, – женщина повернула голову ко мне и вдруг чихнула, не успев прикрыть рот платочком, – простите, с утра что-то нездоровится. Еле до аэропорта добралась. А как вас зовут? Если не секрет.
Я представился. Надежда кивнула и продолжила:
– Я в Ташкент за сыном лечу. Мы его на лето дедушке с бабушкой отправили, к моим родителям. Мой папа – генерал, вышел на пенсию и остался в ТуркВО, в Ташкенте. У них и квартира хорошая в центре и дача недалеко от города. Все условия. А вы, наверное, в командировку? Или переводом?
– В командировку. Ненадолго.
Попутчицу явно не интересовали мои ответы. Вероятно, она была из тех людей, которым нужны молчаливые собеседники. Порывшись в сумочке, она достала фотографию и протянула её мне:
– Вот, мой сынок. Ему только восемь, мы поздно его родили. Муж не хотел сейчас забирать, ведь ещё половина лета впереди, но я настояла. Видите ли, маму, бабушку, на операцию кладут, и папа не сможет разорваться. – Она снова чихнула, прикрывшись на этот раз платочком и не к месту добавила. – Мой муж – майор, в штабе армии служит. Что-то мне совсем нехорошо.
Честно говоря, подробности личной жизни генеральской дочки начали меня раздражать, но её последняя фраза не могла не вызвать сочувствия. Я внимательно посмотрел на Надежду. Её глаза лихорадочно блестели, а на лбу выступили капельки пота.
– Надежда, а вы не взяли каких-нибудь таблеток? У вас, по-моему, температура.
Женщина с сожалением покачала головой:
– Нет, не взяла. Я в принципе не болею. Думала, что просто устала, да и билет достали с таким трудом! Как было не лететь?
Да, она права, билет и впрямь было трудно купить. По себе знаю. Я с пониманием кивнул головой и нажал кнопку вызова бортпроводника.
Ташкент встретил меня ярким солнцем и липкой жарой. Впрочем, моей попутчице было гораздо хуже, её встречали папа-дедушка и карета скорой помощи. К концу полёта Надежде стало совсем плохо, и командир экипажа сообщил диспетчеру о необходимости вызова врачей. Попрощавшись с женщиной и козырнув в знак уважения генералу запаса, я направился к стоянке такси. Мне оставалось сделать буквально несколько шагов до «Волги», как вдруг я почувствовал чью-то руку на своём плече. Оглянувшись, увидел запыхавшегося старлея-лётчика: