Вересковый мёд - стр. 66
Она вдруг моргнула, чуть отодвинулась, и на мгновенье Викфорду показалось, что где-то там, в изумруде этих глаз, всё ещё прячутся невыплаканные слёзы.
— Иногда мне кажется, что для меня это было бы лучше. Потому что мне никогда всего этого не забыть, — ответила она, сглотнула и добавила: — Дайте ваше хвалёное слово, что вы не тронете никого. Что не вернётесь в Кинвайл, чтобы мстить. Что не донесёте в гарнизоне, и что ваши люди тоже не сделают этого.
— Я не трону никого, никто не пострадает в Кинвайле, даю слово. Слово Викфорда Адемара, — серьёзно ответил он, — так кто это был?
Она смотрела на него внимательно, и видно было — не верит. И тогда Викфорд вытащил кинжал из ножен и протянул ей ручкой вперёд.
— Если нарушу слово — можешь убить меня, — он усмехнулся и добавил, — ты ведь уже пыталась, теперь знаешь, как надо бить правильно.
Её ноздри дрогнули, и губы тронула ответная усмешка. Эрика взяла кинжал и резким движением воткнула его в узловатую кору вяза, прямо рядом с головой Викфорда.
— А ты не надейся, что снова сможешь остановить меня слащавым поцелуем! — фыркнула она. — Я и правда убью тебя, если нарушишь слово.
— Не сомневаюсь. Так кто? — спросил он, вглядываясь в её лицо.
— В день отъезда к дяде Тревору в Кинвайл приезжал Тьен Нье'Риган — сын найта с севера из клана Орешника, — почти шёпотом ответила Эрика, оглянувшись через плечо на псов, — я слышала их разговор. Северные кланы против мирного договора, и он угрожал дяде, обещая разобраться со всем по-своему. Видимо, в посёлке беженцев возле Кинвайла у него были свои люди, это они и пошли по нашим следам. Уилмор не виноват, его отправил отец — нести их поклажу. Он даже не знал, куда они идут. Он не знал, что я внутри, когда поджигал дом. Он никогда бы не причинил мне зла.
Эрика замолчала и принялась застёгивать сумки. А Викфорд смотрел на неё и ощущал что-то странное: внезапно захотелось тронуть её за подбородок, приподнять лицо и заглянуть в глаза. Убрать с её щеки выбившуюся прядку, сказать, что всё будет хорошо и не стоит ей переживать за Кинвайл…
И он снова почувствовал её запах: дикой малины, луговых цветов, вереска и мёда, и кожу начало жечь так, будто под ней прорастали невидимые побеги, стремясь ей навстречу.
Проклятье! Проклятье! Да как же избавиться от этого притяжения!
— Я дал тебе слово. Но и ты тогда должна нам помочь, — произнёс он, отодвигаясь подальше от неё, и прислонился спиной к дереву.
— Помочь? Чем же? — удивилась она.
— Ты же фрэйя, ты слышишь лес. Они как-то нас нашли, и я должен знать как, чтобы сбить всех со следа.