Буквы (сборник) - стр. 19
Потом всё достало. Бросил пить, порывался даже бросить курить, но не получалось. Спортзал, тренажёры, диета, карьера. В личном плане что-то не заладилось: крутились около одни шалавы, чего хотели – понятно, да не того хотелось самому. А чего? Чёрт его знает.
А месяц назад попался на глаза альбом с фотографиями: студенты на лавочке с пивом, они с Настей, Маришкин зуб первый… Совсем уж плохо стало, взвыл Мирон, понял всё: и кто он по жизни, и чего хочет на самом деле, да… Ничего не поздно!
С работы не отпускали – да и пошли вы! Уволился без сомнений. Секретарша «я вся ваша, Мирон Алексеевич» сходу стала «я не такая, идиот, знать тебя не знаю». Но на прощальную вечеринку пришли все приглашённые.
А потом собрался по-быстрому: дочке кукол дорогущих набрал, жене – бижутерии, шмоток, ещё чего-то там, в пылу не разбирал, брал всё. Тёще даже что-то в подарок взял. И на первый же поезд в Ясный. Куда они ещё могли поехать?
– Да, тупо вообще всё получилось. Москвич этот к Настюхе Григорьевой приехал, муж её бывший, оказывается. Сейчас пробиваем. Не знаю, что у них там в Москве было, но когда она его увидела, заорала как резаная, испугалась очень, решила, он дочку приехал забирать. С ней брательник вместе был, Колька, идиот полоумный, решил, что москвич сестру убивает, вступился за неё.
– Как?
– Ну, по-своему, я уж без понятия, как у них там, идиотов, принято драться, но у москвича полбашки теперь нет. Арматурой, знаешь, и не такое можно снести.
2007
Ебанат
я сразу гаварил што сашка ебанат
мине нихто ни верел фсе думало што он проста далбаеб
но сашка далбаебам небыль
он претварялься далбаебом и фсе ф диревне ему веряли
я гаварю придсыдатилю ебанарот михалыч сашка видь ебанат а он мине гаварит што я солага должын знадь свайо места
Конец ознакомительного фрагмента.