Размер шрифта
-
+

Артефакты - стр. 31

– И все равно ты гондон! – Настя вырвала добытый трофей у него из рук, убрала себе в карман и засеменила к машине. – Поехали. Стемнело.

– А это сейчас что было?

Я пожала плечами и потрусила за Настей, пытаясь как можно скорее ее нагнать, чтобы не ощущать, как прошлое снова дышит мне в спину…

Дорога виляла асфальтной полосой, как портовая шлюха бедрами. Придорожные огни обращались смазанными полосами, отплясывающими джигу.

Романович остановился на заправке, и мы вышли подышать последним днем лета – всегда любила этот плавный перекат в осень. Я запрокинула голову, заметила пару знакомых созвездий и почему-то им подмигнула. Звезды всегда прячутся в больших городах. Но стоит вырваться за их тесные пределы, созвездия, как брызгами флуоресцентной краски, окропляют полотно неба.

Август – время звездопадов. Сама не заметила, как машинально загадала желание, которое всегда произносила, заприметив на часах 22:22. Авось сбудется.

Спустя пару глотков свежего воздуха мы снова двинулись в путь. Город встречал нас уже прохладным молчаливым ветром и прозрачным воздухом. Настя ревностно вцепилась в плед и напрочь отказывалась из него выбираться. Нам все же удалось эвакуировать ее из машины, и мы дружно спрыгнули на асфальт, соизмеряя себя с действительностью. Я обернулась, чтобы попрощаться с Романовичем, но тот уже натягивал на себя кожаную куртку и закрывал машину.

– Я зайду? – огорошил он меня вопросом.

– Это еще зачем? – Настя насупила брови и сердито уставилась на Алека.

– Фотографии из RAW конвертнуть вам в JPG. Что-то не так? – Ему было невдомек, что, пока он шарил по поселку в поисках фотографа, Настя получила свежие сводки с полей и подробности наших перипетий.

– А сам как думаешь? – По отношению к своим Настя обладала удивительным качеством: умела отстаивать даже самую провальную точку зрения и топить за подруг.

Я пыталась до последнего не влезать в пертурбации, опасаясь попасть в опалу.

– Насть, вот сейчас уже правда напряг какой-то. По-моему, я за вас вписался, помогаю, можно как-то помягче? А если проблема какая, давай уже выскажи, что наболело. Излей душу.

– Гондоний глаз. Вот как ты мог такую лютую хрень сотворить, а? – От человека, завернутого с головой в клетчатый плед, подобные заявления звучали комично.

– Да что я опять натворил?

Настя не удостоила его ответом и устремилась к подъезду, где, переступив порог, показала ему средний палец и закрыла дверь.

– Не обращай внимания, это у нее от недосыпа, – пыталась я как-то разрядить ситуацию, – пойдем!

Романович оглядел квартиру, как будто очутился здесь впервые, потрогал предметы обихода, расторопно снял обувь, не выходя за периметр половика. Настя, напротив, вела себя как полноценная хозяйка положения – первая заняла ванную, оставив после себя авгиевы конюшни, сварганила себе трехслойный бутерброд с докторской колбасой, съела его на скорую руку, облачилась в пижаму и, даже не почистив зубы, раскланялась. Романович расположился в гостиной за журнальным столиком, распутывал провода и пытался подключить картридер к моему облепленному наклейками ноутбуку.

Страница 31