Жених и невеста. Отвергнутый дар - стр. 5
– Что с тобой, тебе плохо? Ты меня слышишь?
– Ты меня слышишь?
Что это? Меня накрыло? Я ранен? Тьма перед глазами, дикая боль в голове, тошнота. В виски медленно ввинчиваются толстые сверла. Такое ощущение, что когда они пройдут тонкую кость, все закончится и наступит блаженный покой. Ну же! И почему так темно? И… Чей это голос? Здесь некому говорить на этом языке. Меня уже перевезли? Но я не лежу. Нет специфического запаха медпункта или госпиталя. И… Меня обнимают и только что поцеловали. В губы. Госсподи… Кто меня решил приводить в чувство таким экзотическим способом? На поцелуй я, разумеется, не ответил. Обнимающие меня руки замерли и медленно разомкнулись. Тот же голос снова спросил, уже очень тихо, почти шепотом. Я услышал свое имя. Вздрогнул. Так меня не называли уже очень, очень много лет. Некому так меня называть. Некому, кроме… Оглушительным ударом по глазам вернулось зрение, окружающий мир вспыхнул ослепительными красками. Ещё одна тошнотворная боль… Этого я не выдержал, меня согнуло пополам, колени подкосились. На землю с твердым стуком что-то упало, упущенное моими непослушными пальцами. Сквозь зажмурившиеся от беспощадного света веки я успел увидеть, что это… И успел увидеть, кто стоит передо мной. Подалась ко мне, схватила за руку, стараясь поддержать.
– Что с тобой? Ну не молчи! Тебе плохо? Ну что же такое… Идём, садись. Вот…
Девушка осторожно подвела меня к скамейке и усадила, не выпуская руки.
– Так лучше, вот, сиди. Дыши. Все хорошо, я тут. Ой, сейчас, подожди.
Мои глаза закрыты, но я слышу, как быстро простучали каблуки, на скамейку брякнулся черный 'дипломат' . Мой. Выпавший из моей руки возле моего дома. Минуту назад. И – тридцать пять лет назад, если принять, что… Что все это – не дикий сон, не морок агонизирующего сознания. Тонкий пронзительный свист, ввинтившийся в уши. Мина, пущенная с той стороны. Темнота. И поцелуй в губы. Я умер? Умираю? Вспомнился смотренный давным-давно фильм, я забыл его название. Умирающий солдат за короткие минуты агонии успел прожить целую жизнь. Я иду по его стопам? Мысли прервались, меня дёрнули за руку. Дайте уже умереть спокойно… И – хватит лазить по моим воспоминаниям! Не смейте играть этим, слышите, вы? Это не ваше, я не хочу смотреть 'фантазии на темы и по мотивам' ! Умираю? Хорошо! Пусть наступит тьма! И все! За руку дёрнули настойчивее. В ладонь сунулось что-то гладкое и прохладное. Пальцы невольно сжались. Кружка?
– Вот, я во двор забежала, набрала. Кружку у тети Светы попросила. Пей давай! Ну!
Смерть откладывалась. И пришлось снова открыть глаза. А я и не заметил, как она умчалась куда-то и снова вернулась. Быстрая какая… Всегда такой была. Пить? Хорошо, пьем. Прохладная вода немного успокоила боль и тошноту. И вкус… Я медленно отпил ещё несколько глотков. Из дворового крана набирала, в квартирах привкус иной. Девушка терпеливо ждёт, пока допью и открою глаза, она видит, что загадочный приступ проходит. Она ждёт. А я упорно зову ее 'девушкой' . Словно мы не знакомы, словно она случайно пробегала мимо, направляясь в шумящую поблизости, наискосок через дорогу школу. Словно она случайно заметила меня, уже падающего, и, разумеется, поспешила на помощь. И все. Сейчас я посижу, отойду. Поблагодарю. И мы разбежимся. Навсегда. Возможно, обменявшись именами и телефонами. Чтобы забыть их к концу дня. Словно мы не вместе уже несколько долгих и прекрасных лет, с шестого класса. И не было сначала наивной детской дружбы, а потом, когда мы перестали быть детьми… Не было… Не было… Не было… Перед мысленным взором помимо воли пронеслась череда картин. Это не 'девушка' сидит рядом, положив маленькую крепкую ладонь мне на плечо. Не 'девушка' . Это… Я произнес ее имя. Короткое, придуманное мной для нее. Хотел про себя. И не сумел. Она услышала. Подалась ближе, я почувствовал тепло ее дыхания.