Тенор (не) моей мечты - стр. 49
– Отбой спешке! – громким театральным шепотом велел он Кате, вывалившей из шкафа целую гору шапок, шарфов, варежек и почему-то бадминтонную ракетку. – Ехать близко, у нас целых полчаса.
– Ага, – просияла дочь, выуживая из шерстяной путаницы длинный, колюче-мохеровый розовый шарф с помпончиками на концах. – Надевай. Он лечебный, бабушка вязала! И пошли делать ингаляцию. Вокали-ист ты мой.
От Аниных интонаций в голосе дочери Артур так умилился, что даже не стал спорить на тему розового шарфа. Подумаешь, маленькая месть большой девочки – помнится, когда у нее случилась ангина во втором классе, она до мая ходила в этом шарфе. И он походит. Тем более он в самом деле убойно теплый.
Насчет «близко» Артур был прав, а вот насчет «быстро» – категорически нет. Парковаться на Большой Дмитровке было негде. То есть вообще. У Молодежного театра своей стоянки не было, на стоянку Большого его не пустили, еще и пальцем у виска покрутили – мол, ты сам глянь, тут места на полсотни машин, а у нас полторы тысячи сотрудников, сами на метро ездим. Мелькнула мысль приткнуться к театру Оперетты, благо он в двухстах метрах дальше, но что-то ему помешало. Возможно, опасение увидеть Аню, садящуюся (или выходящую) из машины Владлена.
Так что пришлось платить охране при каком-то там посольстве пять косарей, рисовать автограф на календаре и клятвенно обещать контрамарку на ближайший концерт, чтобы поставить машину у них.
Катя смотрела на всю эту катавасию с невозмутимостью Будды и искорками злорадства в невиннейших глазках. Все-то его страхи она прекрасно видела. Взрослая дочь. И когда только успела.
У служебного входа в Молодежный театр их встретила Олеся, кутающаяся в шубу.
– Привет, Катя, – улыбнулась она. И тут же стала серьезной: – Я могу попросить тебя погулять пока с Машей? Боюсь все, что будет происходить… Хм…
– Армагеддец? – переспросил Артур.
– Я все объясню, – вздохнула Олеся.
Катя уже хотела возмутиться, начать скандалить и высказать папеньке все… Но тут заметила за спиной у Олеси Машку, что талантливо изображала: надо согласиться.
– Хорошо, – скромно потупилась хорошая девочка из хорошей семьи, с мрачным удовлетворением послушала облегченные вздохи взрослых и сделала ножкой.
– Постарайся не скучать, малыш, – поцеловал ее папа, радостно не заметивший иронии.
– Я не думаю, что это будет долго, – обнадежила Олеся. И проворчала: – Экспрессивно, но быстро.
Они с папой удалились.
– Щас! – кровожадно провозгласила Маша. – Они тут затеяли историческое действо международного масштаба, а мы – «погуляй». Ага. Это мама боится, что наши матом пойдут на это все. Можно подумать.