Размер шрифта
-
+

Тайная жизнь мозга. Как наш мозг думает, чувствует и принимает решения - стр. 26

Наши результаты показывают, что дети с очень раннего возраста обладают интуитивными представлениями о собственности, которые позволяют им оценить законность того или иного поступка. Они знакомы с понятием кражи и даже способны тонко чувствовать обстоятельства, смягчающие или отягчающие вину вора. Эти представления служат строительными лесами, на которых позже формируется понимание справедливости.

Но в каждом эксперименте есть свои сюрпризы, и этот не был исключением. Мы с Густаво исследовали вопрос цены кражи. По нашему предположению, дети должны были решить, что укравший две шоколадки обязан вернуть их и выплатить некоторую компенсацию за ущерб. Но этого не произошло. Большинство детей считало, что вор должен вернуть только две шоколадки, которые он украл. Более того, с возрастом доля таких детей только возрастала. Таким образом, наша гипотеза оказалась ошибочной. Нравственное достоинство детей больше, чем мы представляли. Они понимают, что вор поступил неправильно, что он должен вернуть украденное и принести извинения. Но нравственный ущерб кражи не может быть возмещен другим товаром. В детском понимании справедливости не существовало компенсации за преступление.

Если представить это мировоззрение как игрушечную модель международного законодательства, то результат получается необыкновенным. Нормой разрешения международных конфликтов должен быть отказ от эскалации возмездия. Причина проста. Если кто-то крадет две шоколадки, а жертва для заключения мира требует четыре, то экспоненциальный рост ответных мер будет вредным для всех. Дети понимают, что даже на войне нужно соблюдать правила.

Жак Мелер, врожденные идеи, гены, биология, культура и образ

Жак Мелер – один из многих аргентинцев, эмигрировавших из страны по интеллектуальным и политическим причинам. Он учился вместе с Ноамом Хомским в Массачусетском технологическом институте (МТИ), в самом центре когнитивной революции. Оттуда он отправился в Оксфорд, а затем во Францию, где стал основателем выдающейся школы когнитивной науки в Париже. Он был изгнан не только как гражданин, но и как философ. Его обвинили в реакционных взглядах за утверждение, что человеческое мышление имеет биологическую основу. Это произошло в ходе пресловутого «развода» между гуманитарными и точными науками, который в психологии был особенно драматичным. Моя книга – своего рода хвалебная ода и признании заслуг Жака Мелера. Пространство свободы было завоевано в том числе благодаря усилиям, которые он приложил, выплывая против течения и пытаясь восстановить диалог.

Страница 26