Конец «Золотой лилии» - стр. 50
– Мы правильно сделали, что не пошли на поминки с толстяком и сотрудниками. После ресторана нас бы точно прихватили, – Дмитрий напряженно выстраивал в уме какие-то планы. – Значит, так, мама… Нашу машину я временно ставлю в гараж к Серёге Ардаматскому, у него есть место. Придется поездить на метро. Ничего, да и деньги на бензин поэкономим. В городе они тебя не узнают. А вот вблизи милицейского управления могут. На всякий случай, я первый раз без тебя пойду к этому… к оперу…
– Капитану Маслаченко?
– Поговорю с ним или с другим опером, ведущим дело. А дальше будет видно. Что делать, жизнь жестока. Возьми себя в руки, мама, постарайся успокоиться.
– Ох, какая жизнь… – вздохнула тревожно Нина Филипповна. – Войны нет, а жить страшно.
– Как это войны нет! – возразил Дмитрий, усмехаясь с убежденностью человека, побывавшего в смертельно опасных передрягах. – Война идет не только по южным границам. Война то скрыто, то явно проявляется и «на гражданке». Кругом заказные убийства, налеты на конторы, учреждения, захваты предприятий, целых огромных комплексов вооруженным путем. Спекуляции, бандитизм, вымогательства. Война всех против всех.
В «убойном» отделе милицейского управления завели уголовное дело по факту самоубийства Всеволода Васильевича Слепакова, посмертно обвиняемого в убийстве гражданина Молдовы Джордже Ботяну. Что касается других известных нам, криминальных событий, то по ним продолжала работать группа уголовного розыска. Подключалась и прокуратура. Проходили опросы свидетелей, разрабатывались версии.
Через десять дней после бывших ноябрьских праздников капитан Валерий Сидорин подъехал к управлению на своей вполне приличной «Волге». Сидорин был высокий темноволосый человек с усталым лицом, в старой куртке под замшу, сером свитере и неглаженных брюках. Коричневый плащ с теплой подстежкой держал в руках. Проходя, поздоровался с дежурным милиционером и поднялся к начальнику.
Исполняющим обязанности начальника отдела значился майор Полимеев. Он уже сидел у себя в кабинете за письменным столом и говорил по телефону с кем-то из «муровского» начальства. Как всегда, Полимеев выглядел ухоженным, свежим и выспавшимся, в прекрасно сидевшем кителе с сияющими пуговицами.
– Да, конечно, закончим, – говорил Полимеев, кивая головой и делая взгляд уверенным. – Улик больше, чем необходимо, товарищ полковник. И вещественные доказательства налицо. Проверяем. И на наркотики тоже. Слушаюсь.
Через минуту опять:
– Слушаюсь. Все сотрудники работают в полную силу. Так точно. До свидания, товарищ полковник… Чего-то он паникует, – положив трубку и обращаясь к вошедшему Сидорину, закончил Полимеев.