Размер шрифта
-
+

Факультет Романтики. Ромфак. - стр. 10

– Да! Я дал слово – я его держу! – твердо ответил Купидон.

– Хах! Позволь тебя обрадовать, благородный голубок, – демон радостно подскочил к краю стола, на котором сидел его собеседник, достал из бездонных складок своего черного плаща древний потрепанный свиток и повертел им прямо перед самым носом Джонаса. – Твоя служба часовым у ее сердца скоро закончится. Вот, полюбуйся! Антонина Эванс, самая первая в списке Свитка смерти. Уже к закату солнца ты будешь свободен! Тебе осталось мучиться меньше двух часов. Я пришел сюда не развлекаться – я пришел забрать души парочки смертных. А после этой пацанки будет какой-то Леон Норгенштерн, а потом…

– Но… тут даже чернила еще не высохли! Эти двое были дописаны совсем недавно и… совершенно другим почерком, – нахмурился Купидон, бормоча себе под нос, прищуривая свои голубые глаза. О, сейчас он видел гораздо больше, чем корявые строки на старом пергаменте. – Но ведь вмешиваться в дела cудьбы запрещено Великим Советом! Тем более в хрупком мире смертных. Именем Светлой Королевы! Кто тебя сюда послал? Кто разрешил тебе взять свиток Смерти и дописать туда имена?

– Это тебе все запрещено в этом мире, голубочек, – ухмыльнулся Люциморт, выдергивая из-под носа Купидона. – Великий Совет мне не указ! Судьба и рок существуют только для слабых никчемных смертных. Сильные мира сего сами творят историю! Только мы решаем, где будут следующие войны, кому стоит жить, а кому нужно умереть. Этих двоих, Антонину и Леона, уже давно заждался мой покровитель в Тартаре. И не мешайся мне, пожалуйста, под крыльями!

С этими словами демон осторожно опустил свои тяжелые ледяные ладони на хрупкие плечи голубоглазой девушки с короткой стрижкой, словно взвалил на нее всю тяжесть одиночества и безысходности.

– Меня сейчас тоже бесит эта ванильная парочка! Пара года – два урода! Как же я тебя понимаю! – сочувственно прошептал ей на ухо черноглазый, самодовольно улыбаясь, словно жаждущий спектакля зритель. – Зачем они встали рядом с тобой? Издеваются, гады, да? Не видят, как тебе тяжело? Как одиноко и противно это видеть! Или, наоборот, все понимают, но твари…

– Отойди от нее! – закричал Купидон, с ужасом глядя, как крепко сжимаются кулаки девушки – от обиды и нарастающего гнева. – Клянусь небом, я выстрелю! Отошел быстро!

– Очень не советую мне угрожать! Просто подумай о гневе моего отца, голубок, – отмахнулся демон, будто бы у Джонаса был игрушечный лук, – я не только младший сын Аида, но и самый любимый! Если я сегодня же не вернусь в Тартар, тебя посадят, как джина, в бутылку, которую… засунут в одно место самому старому дракону с хроническим запором!

Страница 10