Размер шрифта
-
+

Это было в Ленинграде - стр. 64

Шли полуторки, трехтонки, горы грузов на них громоздились выше шоферской кабины. Цепь машин исчезала в тумане, и думалось, что она бесконечна.

– Посмотрите, – показал я Ольшанскому в сторону машин, – будто сплошная артерия, цепь, связывающая Ленинград с Москвой.

– Радио связывает надежнее, – заметил Ольшанский, – и телеграф тоже. По дну Ладоги кабель проложен.

– Я не про то… Как вы не понимаете!

– Почему же это я не понимаю? – обиделся Ольшанский. – Вы говорите в фигуральном, так сказать, смысле.

Он начинал раздражать меня.

– Никакой фигуральности, – резко произнес я. – Говорю в прямом смысле. Если бы не эта артерия, Ленинграду бы не выстоять, несмотря на весь его героизм. Впрочем, дело не только в трассе. Все это надо понимать шире, гораздо шире…

Ветер становился все сильнее, и вскоре по льду закружились маленькие снежные смерчи и замела поземка. Мы подсели на попутную машину, проехали километров пятнадцать и слезли, потому что сильно промерзли. Мы побежали, чтобы согреться, но, когда снова захотели сесть в машину, как назло, на трассе ни одной не оказалось.

Я шел, смотря на указатели, – их действительно было очень много, – пока не прочел: «Санбат. 5 километров», – и не увидел стрелку, указывающую на юг.

– Пойдем быстрее, – сказал я Ольшанскому.

Ветер дул все сильнее. Он дул рывками, с короткими промежутками затишья. В один из таких промежутков мы услышали гул самолета. Я обернулся и увидел «дуглас». Самолет шел совсем низко над озером. Над «дугласом», на значительной высоте, шел истребитель.

– Один только! – воскликнул Ольшанский, показывая на истребитель. – Обычно сопровождает больше.

Он проявлял чрезвычайную осведомленность во всех делах.

«Дуглас» пролетел над нашими головами, и в этот момент Ольшанский крикнул:

– Смотри! – и схватил меня за руку.

Я посмотрел в сторону, куда показывал Ольшанский. В молочной дымке облаков я увидел медленно плывущие серебристые точки.

– Это «мессеры»! – прошептал Ольшанский.

Я тоже не сомневался в том, что это немцы. Они плыли, то скрываясь в кашице облаков, то появляясь в просветах. Мы внимательно следили за их полетом.

– Они не видят! – воскликнул Ольшанский.

«Дуглас» был уже далеко от нас. Он быстро приближался к едва заметной вдали линии берега.

– Они не видят! – повторил Ольшанский.

В этот момент я заметил, как три плывущих в облаках самолета резко изменили курс. Где-то захлопали зенитки, и в небе вспыхнули одуванчики разрывов. Но самолеты, круто развернувшись, устремились туда, где только что скрылись из нашего поля зрения «дуглас» и истребитель. Скоро все они исчезли в туманной дымке.

Страница 64