Дьюма-Ки - стр. 88
Я подумал, что сейчас не время рассказывать Уайрману о нашей короткой встрече и одностороннем, через мой автоответчик, общении.
– В другой раз. Когда поутихнет бурное веселье.
Он кивнул.
– Если хочешь, приходи завтра, в это же время.
– Может, и приду. Рад нашему знакомству. – Я протянул ему руку. Он ее пожал, глядя на культю.
– Протеза нет? Или ты носишь его только в большой компании?
В аналогичной ситуации я оправдывал отсутствие протеза байкой о болях в культе, но это была ложь. А лгать Уайрману мне не хотелось. Отчасти потому, что ложь он чуял за милю, но главным образом потому, что не хотелось ему лгать.
– Мне, разумеется, сделали необходимые замеры, еще когда я находился в больнице, и все уговаривали меня поскорее его заказать, особенно женщина, которая занималась со мной лечебной физкультурой, и мой друг-психотерапевт. Они говорили, чем быстрее я научусь им пользоваться, тем проще мне будет вернуться к нормальной жизни.
– Просто забудь все и продолжай танцевать…
– Да.
– Только иной раз забыть все далеко не просто.
– Непросто.
– Иногда даже неправильно.
– Не совсем так, но тем не менее… – Я не договорил и неопределенно взмахнул рукой.
– Близко, но не рок-н-ролл?
– Да. Спасибо за зеленый чай.
– Приходи завтра и выпей еще стаканчик. Я обычно бываю на пляже от двух до трех часов пополудни, часа в день мне достаточно, но мисс Истлейк большую часть второй половины дня спит или занимается коллекцией фарфоровых статуэток и, разумеется, никогда не пропускает Опру, так что время у меня есть. Если на то пошло, так много, что я и не знаю, как его использовать. В общем, приходи. Мы найдем о чем поговорить.
– Хорошо, – кивнул я. – Предложение интересное.
Уайрман улыбнулся. Улыбка его красила. Протянул руку, и я вновь ее пожал.
– Знаешь, что я думаю? Дружба, основанная на смехе, всегда крепка.
– Может, это и будет твоей следующей работой? Писать тексты для печенья с сюрпризом?
– Бывают работы и похуже, мучачо. Гораздо хуже.
iv
На обратном пути я думал о мисс Истлейк, старухе в соломенной шляпе с широкими полями и больших синих кедах, которой, так уж вышло, принадлежал (хотя бы частично) один из флоридских островов. Как выяснилось, не невесте крестного отца, а дочери земельного барона и, судя по всему, покровительнице искусств. В голове у меня опять что-то с чем-то разошлось, и я не мог вспомнить имя ее отца (простое, в один слог), но я помнил ситуацию, обрисованную Уайрманом. Ни о чем похожем я никогда не слышал, а ведь если ты зарабатываешь на жизнь строительством, приходится сталкиваться с самыми необычными раскладами, касающимися собственности на землю. Я подумал, что это очень оригинальный ход… если, разумеется, кому-то хотелось, чтобы созданное им маленькое королевство пребывало в первозданном состоянии. Правда, возникал вопрос: а зачем?