Размер шрифта
-
+

Зарисовки о разном - стр. 6

Тайна Мачу-Пикчу

Холодный горный ветер, что шёл из глубины ущелья изо дня в день, безжалостно трепал редкий кустарник, что рос на склонах гор Мачу-Пикчу, завывая, добрался даже до улиц пустынных, подымал столбы мелкой пыли, носился как полоумный между огромных камней, что стоят истуканами молча вокруг одинокого города. Здесь не звучит детей голосок, и женщин больше нет тут нарядных, только воет ветер и плачет дождь о былом величии славном, здесь жил когда-то целый народ, куда он ушёл, где теперь он живёт?


Он был известный математик, никогда не спешил и думал только о будущем, а планы у него были грандиозно большие. Съездить в Египет, взойти на Кордильеры, чтобы увидеть Мачу-Пикчу, отдохнуть в Италии на Лазурном берегу, а потом и Париж со всеми вытекающими последствиями.

Он знал, что в Египте сильное солнце, и с женой долго выбирал очки с тёмными стёклами, чтобы глаза не устали, даже поругаться из-за этого с ней успел. Для Кордильер была куплена специальная обувь, чтобы со скал не сорваться случайно. Пляжный коврик в мелкую клеточку для Италии, костюм для Парижа. Всё было обдумано, рассчитано до мелочей, с математической точностью, но только одного он не мог никак рассчитать, хоть и был теоретик, это было то, о чём знает каждый, но не знает когда.

А в далёком космосе, за голубыми облаками, за золотыми звёздами, в великой бесконечной тишине, сквозь астероиды, планеты неизвестных нам миров, где вечность живёт и время стоит неподвижно, там Боги сидят, поднявшись с самых вершин Кордильер, где была когда-то великая империя инков, и именно там они судьбы людей вершат неразумных.

Дома, сидя на диване с чашкой горячего чая в руке, он смотрел передачу про горы и альпинистов, про Мачу-Пикчу, пытался понять, что человека в горы зовёт, где плата жизнью порой, почему он на вершину идёт, а может, виною тому мечта или злая гордыня, чтобы хоть раз на пару минут оказаться выше всех и приблизиться к вечным богам, властителям душ человеческих, или посмотреть на всех свысока.

Выпала чашка из рук, разлился кипяток по ноге, но боли он не почувствовал и был уже далеко, где-то там в небесах по дороге в тишину. Вдова недолго горевала, почти целый год, а потом вышла замуж за старого врача. Сначала они побывали в Париже, загорали на пляже в Италии, бродили в тёмных очках вокруг пирамид и лишь только не успели на Анды, остались они не для них.

И только Мачу-Пикчу, бывший город, что лежал между гор, тайну хранил о том, куда исчезли люди, что жили здесь когда-то.

Прощай, Дашка!

Над железнодорожным вокзалом медленно угасал летний день, в вечернем воздухе пряно пахло цветущей сиренью, которая в изобилии росла рядом с лохматыми хризантемами на привокзальной клумбе, было сезонно тепло и душно. В зал, куда вошла молодая женщина приятного вида, от стен исходила сырая прохлада, едко воняло креозотом от шпал. Она вытерла тыльной стороной ладони лёгкую испарину со лба, внимательно огляделась вокруг, ища глазами расписание поездов. Повсюду гремели чемоданы, железные ящики, гружёные на тележки у вечно торопившихся грузчиков, спешили пассажиры, кто-то громко завал Ольгу через весь зал – типичное вокзальное оживление перед отбытием поезда.

Страница 6