Яд внутри - стр. 31
В молчаливом просматривании картинок и тихом шелесте перелистываемых страниц прошёл час, процесс грозил затянуться ещё надолго, а Энви снова проголодалась.
Проклиная прожорливый желудок, она завидовала, что Илмари не испытывает потребности во сне и еде. Она бросала на него взгляды украдкой – поглощённый поиском, он не отрывался от пожелтевших страниц, жаждая понять, кто он такой или что такое. Девушка изо всех сил старалась помочь разгадать загадку его происхождения и второго пришествия на скромную планету Земля, но, чем больше читала, тем сильнее запутывалась.
В книге встречалось множество дьявольских и божественных существ, но ни одно не подходило Илмари – он не нёс конкретного зла или добра и уж точно вернулся не ради коварства, козней и пакостей. Или сам ещё об этом не знал. Все виды призраков отпадали, ибо у парня была плоть. Реинкарнация исключалась, ведь дух Илмари вернулся в своё собственное тело, а не переродился в новое. Одержимость Энви тоже вычеркнула – она безоговорочно верила, что с ней говорит именно Илмари Суло. Некоторые статьи отсылали к истокам шаманизма и предлагали искать ответы о вернувшейся душе именно там, но несчастная голова уже пульсировала от усталости и наполненности мыслями.
Девушка решила взять короткий перерыв и отвлечься. Она посмотрела на Илмари. Тёплый свет настольной лампы падал на его склонённую голову, придавая тёмно-каштановым волосам золотистый оттенок. Завитки вокруг ушей и шеи казались ангельски обворожительными. Энви забыла обо всем на свете и в очередной раз залюбовалась парнем. Наверное, она никогда не устанет это делать.
Детали его облика притягивали взгляды как магнит. Краем глаза девушка заметила, что библиотекарь тоже отложила дела и самым наглым образом засматривается на Илмари. В её взгляде яркие бабочки переносили пыльцу с цветка на цветок. Подобная радужность означала только одно – беспросветное очарование красавцем.
Энви почувствовала укол ревности. Может, Суло после воскрешения приобрел способность влюблять в себя весь женский пол? Администратор заметила хмурый взгляд, убивающий её бабочек, и отвернулась. Довольная маленькой победой, Энви снова глянула на Суло, облачённого в чёрные кожаные одеяния, как Элвис Пресли на телешоу тысяча девятьсот шестьдесят восьмого года.
В голове сразу заиграла «Oh my love», и мужчина, которого столетие назад звали королём рок-н-ролла, бесподобным голосом запел о любви. О чём ещё петь, с таким-то титулом? Энви редко слушала Элвиса, но строки о любви не могли не волновать трепетное сердце чувствительной девушки. Если уж говорить о царствующих особах, то на голову одного парня она с удовольствием возложила бы корону.