Яблоко от яблони - стр. 36
Худрук встречает деловито и кратко, берет у меня инсценировку, бледнеет от количества действующих лиц и сразу предлагает взамен пьесу Штопкиной, которую ждут со дня на день, по повести, которой никто не читал. Потом приглашает на вечернюю репетицию и посылает пить кофе к Секретарше.
– Вообще-то, я Люда, но для вас Людмила Михайловна.
– А я Алексей Евгеньевич, но для вас Лёша.
На репетиции вводят нового героя в спектакль «Мертвая обезьяна» – за год это уже четвертый ввод, трое прежних покинули Энск и, кажется, сменили профессию.
Пьеса патологична, но репетирует Худрук интересно, хотя во многом непонятно.
Вечером привезли в гостиницу. По радио передача о Раневской, по телику – «Весна», на сон грядущий читаю Эфроса – опять о Раневской.
Попросил коридорную согреть воды для чая. Плитка чудесная – за полтора часа вода нагрелась до комнатной температуры. Сбегал в магазин за минералкой. Худрук обещал подыскать квартиру – хорошо бы.
Утром встречаемся с Митей, актером-однокашником, он, оказывается, местный. Рвется к Худруку в театр.
Утренняя репетиция прошла тяжело по двум причинам: а) пьеса ужасна; б) новый герой отравился и не пришел.
В перерыве едим с Худруком чебуреки. Бергмана он прочитал и хочет ставить сам.
– Я так боюсь начинать громоздкого «Короля Лира», а прочитав твою инсценировку, почувствовал – это мое.
– А мне казалось – мое.
– Поверь, эта тема мне ближе: «В конце концов человек смиряется с естественным ходом вещей, а бурлеж и страсти остаются в прошлом».
– Да, пожалуй, такая тема ближе вам. Я про другое хочу ставить: «Не упусти шанс, улыбка жизни мгновенна».
– Уступи, а? Я тебя на год приглашаю в театр: на Бергмане будешь помощником, потом поставишь все, что захочешь. Тебе что, только диплом нужен? Я же сразу предлагаю работу!
– А что я буду ставить – громоздкого «Короля Лира»?
– Нет, зачем, «Лир» – это мое! А вот, почитай, повесть Штопкиной «Дьявол», на днях будет пьеса.
Репертуар Энского театра немного смущает: «Мертвая обезьяна», «Крематор», «Морок», «Мертвые души», «Тойбеле и ее демон», «Вий» (это для детей), в работе «Неугомонный дух», в планах «Дьявол». Надеюсь, «Улыбки летней ночи» как-то разбавят этот мрак. Только кто их будет ставить?
Вечерняя репетиция уже немного втянула в работу. Осваиваюсь, стал что-то вякать Худруку.
– Лёша, во время прогона скажешь, где что надо прояснить.
Доверяет, это приятно.
Только ума не приложу, что можно прояснить в «Мертвой обезьяне»?
Вечером Митя привез мешок яблок.
Умер Владимир Эренберг.
В кабинете Худрук и Премьер. Курят.
– Он был моим учителем. У нас в одно время родились дети. У меня дочь, у него сын. Вместе бегали за пеленками. Ему тогда было шестьдесят пять. Только что снялся в «Гамлете».