Размер шрифта
-
+

Волчье дело - стр. 21

Были и невольные оборотни – люди, превращенные в зверей в результате злого колдовства. Даже целые свадьбы подвергались проклятию, и после в лесах бегала стая людей, заключенных в волчий облик. Такого оборотня следовало ударить ремешком, чтобы возвратить ему человеческий вид.

Изучил Николай и клиническую ликантропию – психическое состояние, когда больному кажется, что он становится волком. Николай вспомнил, что когда-то читал «Легенду о Тиле Уленшпигеле», где как раз описывался человек с подобным диагнозом.

Все это оказалось настолько занимательным, что Николай потратил целых полдня, пока не вернулась Настя. Счастливее отдохнувшей женщины может быть только хорошо отдохнувшая и купившая кучу ненужных, но приятных вещей женщина. Для полной гармонии не хватало только вкусной еды, так что Николаю пришлось выйти из интернета, чтобы повести Настю в ресторан.


С утра в понедельник зарядил дождь. Николай слушал, как тот требовательно стучит по стеклу, а сам смотрел на спящую Настю. Она зашевелилась, смешно сморщила нос и открыла глаза.

– Привет, – Николай чмокнул ее в нос.

Она потянулась, и Николая охватило ощущение безграничного счастья: любимая женщина рядом. Что еще нужно? Словно в ответ на вопрос завибрировал телефон.

– Дергунов, спишь, что ли? – раздался недовольный голос шефа. – Ноги в руки и в офис!

Николай наспех заварил растворимый кофе и выпил, обжигаясь. Настя сделала парочку бутербродов, и Николай жевал их уже на улице, торопясь на работу. Там находилась вся команда: Женечка демонстрировала полную собранность, Денис, по обыкновению, зависал в смартфоне, а шеф бросал на них раздраженные взгляды.

– Вечно ты опаздываешь, – шеф находился не в духе. Он сжал губы, будто не решаясь произнести слова. – Премии не будет, – огорошил шеф.

– Почему, Виктор Иванович? – Женечка округлила глаза.

– По кочану, – отрезал шеф. – Проверили наш участок и… – он выдержал паузу. – В общем, раскопали в Капотне странную аномалию в одном доме. А мы прохлопали, получается.

– Ну Капотня не совсем к нам относится, – Денис оторвался от смартфона.

– Она ни к кому не относится, – проворчал шеф. – Но мы ближе всех территориально. Вот на нас шишки и ссыплются.

Капотня была московским бермудским треугольником – там давно хотели сделать отдел ОБХСС, но не срасталось. То здание подходящее не найдут, то сотрудников не наберут – аномалия какая-то. Поэтому в Капотню направлялись топтари со всей Москвы – по мере необходимости.

– Да что там стряслось? – не выдержал Денис. – Не томите, Виктор Иванович.

Капотня считалась одним из худших районом Москвы, в первую очередь из-за «факела» – нефтеперерабатывающего завода. Еще экологию подпортила ТЭЦ-22 и асфальтобетонный завод, внеся свою лепту в выброс вредных веществ в атмосферу. Большую часть территории занимала промышленная зона, склады и огромный рынок «Садовод». Потому жилье там было одно из самых дешевых в столице, и селился в Капотне не самый благополучный контингент.

Страница 21