Виноградные грёзы. Книга 1 - стр. 50
– Что? – низковатым, но женственным голосом переспросила фанатка.
– Хорошо, напишу «Для немой красавицы», – одновременно с ней сказал я.
Одернул себя: я флиртую?
– Ари. Меня зовут Ари. Аристель, – наконец представилась она.
Я рассмотрел ее лицо ближе: нос слегка курносый, губы пухлые, почти без изгиба над верхней губой. Нежнейший бейби-фейс2. Интересно, ей, правда, не больше пятнадцати?
– У тебя приятный акцент, Ари. Ты не местная?
– Из России. Но я немка.
Я не успел ответить, Ари выбежала из бара, когда я вернул ей тетрадь.
***
До аварии я не часто думал о девушке с концерта. По правде говоря, со мной такое не впервые. Был мой первый в жизни тур, лица пока не смешались, я не устал от популярности. В Сакраменто мне понравилась фанатка по имени Лорел. Проницательный Джерад увидел мою симпатию к обласканной солнцем блондинке и после выступления подозвал ее. Я стеснялся, как подросток, и в итоге она уехала с Джерадом. Три дня я, опять как подросток, с ним не разговаривал. Потом, в Сан-Франциско, я заприметил девушку с обаятельным смехом. Но сейчас единственное, что я мог вспомнить о ней – смех. Исходя из опыта, я, влюбчивый романтик, знал, что забуду Ари через пару дней, а на смену другим городам придут другие девушки. Единственная ассоциация – город Сан-Диего и ее немецкий акцент.
Судьбой ли создано, случаем ли загадано, но в тот вечер мы всей группой решили отметить окончание тура в баре. Мы напились, переспали с девицами-официантками, уверенные, что утром тур-автобус доставит нас домой. А утром вместе с похмельем нас ждал сюрприз – орущий от боли барабанщик. Бена тут же госпитализировали. Я тогда впервые вспомнил Ари: вау, мы в одном городе, как романтично! И тут же забыл, ибо не до симпатичных фанаток, когда прилетает разъяренный менеджер.
***
Спустя неделю случилась авария на дороге, и я забрал Аристель домой, будто мы хорошие знакомые. Помню, от нее пахло малиной, карамелью, детской жвачкой. И был флирт на кухне, и она поцеловала меня первой. От холода ее соски затвердели и выпирали через мою рубашку. Я открыл окно, чтобы проветрить мозги, а в итоге…
Я не смог устоять. Наверное, был в состоянии аффекта, боялся, что мы сбили ее насмерть, и не верил, что она передо мной, жива и почти невредима… Кому я вру! Когда ее губы коснулись моих, я ощутил волну похоти, захотел обладать Ари, попробовать ее, такую сладкую во всех смыслах. Я переспал с ней и ничуть не жалел об этом. Ари мила и чиста, к удивлению не невинна, но наивна душой. Ласковая она, неприлично доверчивая.
Если бы мы не переспали, кто знает, пересеклись бы наши пути снова, ведь я обещал отвезти Ари в больницу и навсегда проститься. Как я понял позже, мне не хотелось ее терять, и я нашел легкий способ оставить ее рядом, угождая похоти. Я был восхищен светлой, оттененной грустью душой Аристель. Она была тем, чего мне не хватало – искренность, тепло, подлинные чувства. И я был тем, чего не хватало ей – забота, нежность, взаимность. Поэтому я дал шанс случайной связи перерасти во что-то большее. Ари сильно отличалась от того, что я видел последние пару лет жизни в Лос-Анджелесе. Это привлекло меня. Увлекло меня. Возможно, я уже тогда влюбился в Ари, но боялся признаться даже себе.