В твоей власти - стр. 13
- Ты разучилась хорошим манерам? – прилетело с порога в лоб.
Папаша сел на своего любимого конька – провоцировал. Крючками слов вытаскивая из нее ярость, густо сдобренную ненавистью и страхом. Любил это. Доводил до ручки, получая изощренное удовольствие, а потом с головой окунал в дерьмо наказания. Раз за разом опускал морально, демонстрируя ее полную зависимость. Необходимость подчинятся ему – богатому и бездушному ублюдку, что по какой-то дикой случайности стал ее отцом.
Моральное насилие немногим лучше физического, но после долгих попыток сопротивления Николь с горем пополам сумела абстрагироваться.
- Прости, отец.
Голос монотонный, взгляд – строго на переносицу. И главное - не думать, с каким удовольствием она бы воткнула вон ту брендовую перьевую ручку ему в глаз.
- Твой брат прав, животное должно есть с пола.
Животных тут два. Макс, развалившийся в угловом кресле и явно получавший от происходящего удовольствие, и сам отец. Но она смолчала. Как и много раз до этого. Господи, только бы в аду был приготовлен отдельный котел для таких сволочей! И миски с какой-нибудь тухлятиной.
- Я поняла, - шепнула на одном дыхании, чтобы голос не дрогнул.
Отец прищурился. В серых глазах мелькнуло предвкушение – ее спектаклю не верили ни на грош. Но предстоявшую экзекуцию оборвала телефонная трель.
На породистом лице папаши не дрогнул ни один мускул, но Николь представляла, в какой он ярости – посмели прервать самого Бенедикта Оржевски. Секретарше придется отрабатывать всеми способами, если это она, конечно.
- Да! - рыкнул в трубку. – Соединяй, - уже спокойнее.
Надо же, важный звонок. Николь тихонько перевела дух, и снова покосилась на безучастного оборотня. Тот вообще не подавал вида, что понимает происходящее. В какой-то мере Николь ему завидовала. Он не здесь, только оболочка, исполнительная и равнодушная.
- … Да, разумеется. Передам. Обязательно придёт…
Острый укол взгляда заставил поежиться. О ней говорят. Не иначе, как мистер Коллинз-Грин. То есть Айрон.
Макс тоже посмотрел на нее. Глаза темные, и ухмылка с морды съехала. С чего бы? Николь не успела как следует обдумать мысль, отец попрощался и положил трубку.
- Через три дня у Айрона состоится вечер в честь дня рождения, - объявил сухо. – Ты приглашена. И в этот раз озаботься подарком лично.
Вот черт. Походы по магазинам…
***
- Что купить человеку, которого совсем не знаешь?
Николь с тоской смотрела на витрину. Оборотень молчал. Стоял за ее плечом, не обращая внимания на обстановку вокруг и явно заинтересованные взгляды.
Жителей Верхнего и Среднего Сектора не удивишь личным рабом. В основном, конечно, оборотни вели себя более эмоционально. И не были такими огромными… Двуликие все без исключения могли гордиться своими физическими данными, но ее охранник – это просто жемчужина какая-то. Хотя чего еще ожидать от отца? Он был повернут на "самом-самом". Только вот детки подкачали. Макса с такой же генетической поломкой, как папаша - уже полностью бесплоден, а она… Иногда Николь мечтала, чтобы у Бенедикта Оржевски было семеро по лавкам. Тогда, возможно, их с матерью оставили бы в покое. Или прикопали в Нижнем Секторе… Отец мог. И практиковал.