Размер шрифта
-
+

Тьма в хрустальной туфельке - стр. 48

«Это моя вина», – подумала Элеонора. Она не понимала, как на самом деле расстроена Лиззи – даже не думала об этом после их ссоры. Девушка была так зла, так напугана, что даже не думала о служанке. А ведь, подумать только, она сказала все эти ужасные вещи сразу после того, как возлюбленный Лиззи бросил её.

– Расскажите мне, что произошло сегодня утром. Своими словами.

Казалось, Лиззи могла присесть на подлокотник кресла инспектора, или прислониться к оконному стеклу, или обвить руками горло Элеоноры. Каждая тень была тёмной, словно волосы служанки. Каждый отдалённый скрип был звуком её шагов. И всякий раз колебание воздуха приносило с собой запах полироли – потому что Лиззи притворила за собой дверь. Элеонора была готова к тому, что та вот-вот появится и обвиняюще укажет своим бледным пальцем прямо на неё.

Платье Элеоноры всё ещё было влажным – она не знала, потому ли, что Лиззи залила ей кровать, или с того момента, как нашла тело. Но в любом случае сейчас казалось, что кровь Лиззи заливала всю её кожу.

– Мисс Хартли?

Что она могла сказать? И что он хотел услышать? Ей что же, придётся отчитаться за каждую минуту с самого пробуждения? Элеонора не была уверена, что сумеет. Когда она спустилась в кухню – в пять? Она не помнила, слышала ли часы. Нет, наверное, это было раньше. А может, позже.

Может, было совсем не пять утра…

– Мисс Хартли.

– Губы у неё посинели, – выпалила девушка.

Инспектор моргнул:

– Простите?

– Мы пытались вытащить её из воды до того, как вы пришли. Миссис… миссис Филдинг сказала, что она, возможно, пробыла там недолго. Но когда мы перевернули её, губы у неё совсем посинели. Это нормально?

– Так часто бывает.

Элеонора уронила лицо в ладони.

– Она не должна была этого делать. Я ведь поняла, что она мертва, сразу же, как увидела. И я не хотела, чтобы её переворачивали.

– Вы знали? Но откуда?

Уверенность окутала её в тот же миг, как она увидела фигуру в саду. Руки у Лиззи были изогнуты, словно увядшие корни, наполовину скрытые в бороздках в почве. И Элеонора поняла все сразу же, как увидела эти замершие пальцы.

Инспектор вздохнул:

– Вы пили этот бренди, мисс Хартли?

Элеонора покачала головой.

– Что ж, я вынужден настаивать – выпейте, пожалуйста. А когда закончите, я хочу, чтобы вы вспомнили, что именно произошло, когда вы обнаружили мисс Бартрам. Всё, что вы можете рассказать, поможет.

Элеонора подняла взгляд:

– Почему? Она… она ведь утопилась, да?

– Почему вы так говорите?

– Ну, она, должно быть, утопилась. На днях она разругалась со своим возлюбленным. Понимаете… понимаете, он увлёкся мной. – Элеонора опустила взгляд на руки, потом сделала глоток бренди, приятно обжигавший горло. – Я не сделала ничего, чтобы поощрить его в этом, – быстро добавила она, пока инспектор что-то яростно писал. – Но он схватил меня за руку, а Лиззи увидела и была очень расстроена. Когда я увидела, что она лежит там…

Страница 48