Тайный покупатель - стр. 12
Я подумал, что он сейчас добавит про голубую каёмочку, но он продолжал:
− Новости – это современность. Есть современный язык. Пригодится.
− Я не спорю, Леонид Львович, насчёт языка. И не надо меня уверять, что качество на втором месте, а на первом – количество ссылок и заходов. Качество всегда на первом должно быть – вы сами так говорили.
− Увы, Антоний, − он с таким удовольствием произносил моё полное имя, меня это всегда раздражало, а сейчас я еле сдержался, чтобы не двинуть ему в губошлёп. – Увы, но качество текста для новостников неважно. Есть приёмы журналистские, ты их станешь проходить, ты их легко освоишь, это практика бесценная.
− Нет, я не умею, это не моё, и я не хочу быть мальчиком на побегушках.
− У тебя возраст такой, везде будут тебя поучать, от всех ты будешь зависеть. Это не самое плохое место, поверь. Они – филологи, ты − филолог.
− Нет, нет и нет, − запротестовал я. – Мне надо место, где бы я мог совершенствоваться с компьютером, хотя бы оператором цифровой печати, или приёмщиком, где копии делают, распечатывают, ещё всегда в таких местах фото на документы. Я прежде всего шрифтовик. Уж лучше оператором цифровой печати.
− Ты не забывай, Антоний. Тебе пока шестнадцать. Я не уверен, что тебя возьмут.
− В салоны связи берут и до восемнадцати. Я тогда лучше в эти салоны.
− Там копейки получать будешь и впаривать товар дня пенсам.
− Леонид Львович! – взбесился я тупости директора. − На вашей паршивой площадке придётся сидеть часами за компом и безотрывно мониторить бредятину. Я не хочу, чтобы вскипал мозг. И очки нонче дороги. Я берегу глаза.
− Ну Антоний! Ты очень уж настроен против этого портала.
− Ещё бы! – возмутился я. – У меня мама плакала.
− При чём тут это? – улыбку как рукой сняло, Староверов снова стал злым и раздражительным, нервным каким-то – маска «непонимание».
− А при том!
− При чём?!
− При том, что умер великий артист. А про него там такую статейку накропали. Я потом этого автора в соцсети нашёл, он пишет у себя в паблике обсценно.
− Ах, ты про это… − Староверов облегчённо стал гладить левую грудь, сердце у него видно заныло – такое случалось. – Главред там делает акцент на молодых. С великими артистами случаются проколы, не спорю, молодые не всегда обладают кругозором, а слог у молодых часто смелый, новаторский. Они пробуют, понимаешь, нащупывают стиль.
− Какой стиль! Я вас умоляю. Сами только что сказали, что это журналистика, у новостников приёмы. Там стиль себе испортить, как в суде присяжным посидеть.
− При чём тут суд?
− А при том, что мама была присяжной, чуть с ума там не сошла. Мама заседала прошлым летом. Сначала их держали два часа на инструктаже, отобрали паспорт и запретили что-либо писать в сети, тем более фотографировать. Дальше в зале суда тягомотина ещё три часа с жуткими странными людьми. В итоге её выбрали, и ещё месяц слушалось дело, она прокляла всё на свете.