Столпы земли - стр. 10
Уильям остановил коня у сложенных штабелем бревен и сверху посмотрел на работников.
– Кто здесь за главного?
Тому хотелось крикнуть: «Если бы ты обидел мою девочку, я бы тебя прикончил», – но он сдержался, подошел к коню и, взяв его под уздцы, сказал:
– Я старший строитель. Меня зовут Том.
– Дом больше не нужен. Скажи своим людям, чтобы убирались на все четыре стороны.
Именно этого Том и боялся. У него теплилась надежда, что Уильям сказал так в порыве злости и еще может изменить свое решение. Усилием воли Том заставил себя говорить дружелюбно и рассудительно:
– Так много сделано… Сколько денег зря потрачено… Этот дом ведь когда-нибудь понадобится.
– Не тебе меня учить, Том Строитель. Вы все свободны. – Он дернул поводья, но Том крепко держал узду. – Отпусти коня! – прикрикнул Уильям.
Том сглотнул. Еще через мгновение Уильям дернет поводья и будет таков. Том нащупал в кармане недоеденный хлеб, достал его и протянул коню. Тот опустил голову и принялся жевать.
– Милорд, прежде чем уехать, изволь выслушать меня.
Том старался говорить как можно мягче.
– Отпусти коня, не то лишишься головы! – пригрозил Уильям.
Том посмотрел ему прямо в глаза, стараясь не выказать страха. Он был крупнее Уильяма, но разве это поможет, если тот вытащит меч!
– Слушай нашего господина, супруг, – испуганно прошептала Агнес.
Наступила мертвая тишина. Остальные работники стояли неподвижно, словно статуи. Том понимал, что разумнее всего уступить. Но Уильям чуть не затоптал конем его маленькую дочку, и это приводило Тома в бешенство.
– Ты должен нам заплатить. – Сердце Тома рвалось из груди.
Уильям потянул поводья, но Том еще крепче сжал узду. Конь тыкался мордой в карман фартука Тома в надежде найти еще корочку.
– Обращайся к отцу за своими деньгами! – сказал Уильям зло.
Том услышал дрожащий голос плотника:
– Мы так и сделаем, милорд. Премного благодарны.
«Трус несчастный», – подумал Том, но и его самого трясло. И все же он заставил себя сказать:
– Если решил нас уволить, ты должен рассчитаться – таково правило. До твоего отца два дня идти, а когда придем, мы можем его и не застать.
– Некоторые расставались с жизнью и не за такую наглость! – стиснув зубы, проговорил Уильям. Его щеки пылали.
Краем глаза Том увидел, как сквайр положил руку на эфес. Он понимал, что лучше отступить и смириться, но как бы ни был он напуган, его распирало от негодования. Том не смог заставить себя отпустить коня.
– Сначала заплати, тогда можешь убивать, – сказал он дерзко. – Тебя за это повесят, а может и нет; но рано или поздно ты умрешь, и я буду на небесах, а ты – в аду.