Соцветие миртериума - стр. 7
Я взялся за носилки и с сомнением глянул на Тэммо. Волочить Эльина по земле хотелось меньше всего на свете, но я предполагал, что ждать от мальчишки такого великодушия к магу не стоит совершенно. Только парень сам, бросив быстрый взгляд на Иду, а после на отца, вздохнул и пошел к ручкам напротив. Ладно, может и не все с ним так плохо.
– Не тяжело? – даже с неким подобием сочувствия уточнил я, когда мы подняли Эльина и мальчишка невольно коротко охнул.
– Справлюсь, не маленький, – сквозь зубы отозвался парень, скорее от того, что тяжело ему все-таки было, чем потому что злился.
Ида предпочла идти рядом с Эльином. Я почти не слышал ее шагов – так тихо девчонка ступала по мягкой траве. Алво медленно ехал впереди, показывал дорогу. Я отчаянно старался придерживаться скорости Тэммо и не ускоряться, слушал, как мальчишка пыхтит, и молил мироздание, чтобы наш путь поскорее кончился. Плелись мы медленно и то расстояние, которое я бы преодолел один за каких-нибудь полчаса, заняло добрых три. Но при всем при этом я был просто бесконечно благодарен судьбе за то, что нам с братцем встретились эти люди. Окажись все алхимики такими, я, пожалуй, все-таки надаю Эльину по шее, когда он выкарабкается. Если выкарабкается.
Миртсин находился чуть в отдалении от тракта на Серион. Крошечная деревенька, которую и за холмами-то не сразу разглядишь. Потрепанные временем домушки, вроде крепкие, но такие мелкие, что там и двоим будет неудобно, не то, что целой семье. Заборов у алхимиков не имелось вовсе, дворики, в которых прятались их огороды были отгорожены друг от друга разве что высокими кустами. Утоптанные тропинки петляли в хаотичном беспорядке и словно не имели замысла куда-то тебя вывести. Просто однажды кто-то решил, что тут удобно пройти, а остальные с ним согласились. Я отметил, что повсюду вдоволь колодцев, а чуть поодаль от поселения бежала крошечная речушка, почти ручеек. Наверное, учитывая их растения, воды им действительно нужно изрядно. А вот хоть одной повозки или телеги я не увидел даже в отдалении. Не было и привычных для деревень Востоков звуков домашнего скота – ни мычания бекетов, ни птичьего гомона, ни даже воплей туулов. И еще кое-чего не было. Детей.
Точнее, они были, просто… Это, бездна меня забери, не дети. Это крошечные взрослые, которые заняты взрослыми делами. Они не играли – они пололи грядки и собирали травы. Не носились по всей округе с визгами – тягали тяжелые ведра с водой, покачиваясь под их весом. Даже любопытства, этого совершенно закономерного детского любопытства, что вечно сопровождало незнакомых гостей в любой деревне Востока, не было даже отдаленно. Они бросали на нас короткие, безразличные взгляды, только если мы попадались им на пути, и сразу возвращались к своим занятиям. Взрослые же смотрели настороженно, даже испугано. Я слышал их перешептывания за спиной и понимал, чего они боятся. Не мага, нет, бездна бы с ним, если бы они боялись Эльина, плевать я хотел на это. Они были в ужасе от того, что в поселение привели лошадь. Что ее запах приманит из леса, на опушке которого стоял Миртсин, хищников, от которых им нечем защищаться. Я не сдержался и глухо зарычал.