Скандальное красное платье - стр. 17
Дэш судорожно вдохнул. Вот она. Единственная женщина в Лондоне, которая имеет все причины ненавидеть его… все резоны немедленно выдать его стражникам. И что он может сделать? Броситься наутек? Он никогда в жизни этого не делал. Он тщательно наполнил пакетик и подал ей. На секунду их пальцы соприкоснулись, и Дэш задумался, почему не похитил ее в ту давнюю ночь.
Околдованный ее чарами, он произнес слова, которые навсегда изменили его жизнь.
– Это все, что ты хочешь, маленькая Цирцея?
Глава 3
На борту «Эллис Энн», 1837 год
Леди Госсетт в ужасе смотрела на державшего фонарь человека: «Это Дэш? Это растрепанное опустившееся существо – капитан Томас Дэшуэлл?»
Она тряхнула головой. Нет! Этого не может быть.
Он подошел ближе, поднял фонарь, и она не только увидела его мутные глаза, но и почувствовала запах. Бренди. Сладковатый запах скверного бренди лип к нему, как рваный сюртук.
– Нет, – прошептала леди Госсетт.
Натаниел сказал ей, что Дэшу нужна ее помощь, что он болен. Что он не переставал любить ее.
Сын Дэша забыл сказать, что его отец – опустившийся человек, пьяница.
Она пятилась, пока не уперлась в бухту каната.
Леди Госсетт прижала руку к сердцу, поскольку оно снова готово разбиться.
Что случилось с пиратом, который украл ее сердце?
Лондон, 1814 год
Поездка на ярмарку была идеей ее кузины Талли. Пиппин решила, что это отвлечет от печальной пустоты дома на Брук-стрит.
Фелисити, сестра Талли, придумала диковинную схему, чтобы приехать в Лондон на светский сезон. Пиппин согласилась на это, лишь бы сбежать от унылой скуки Суссекса. Фелисити убедила их, что, объединив скудные средства и рискнув занять приличный дом, они смогут легко влиться в общество. А потом с помощью «Холостяцкой хроники», которую вела Фелисити, они быстро найдут женихов и распрощаются с бедностью.
О, Пиппин против этого совсем не возражала, она была бедна как церковная мышь. Дочь графа, леди Филиппа Ноуллз слишком хорошо знала, как общество относится к девушкам с пустыми карманами, и если о плане Фелисити прознают, если хоть намек скандала коснется их… то до конца дней им придется сидеть в Суссексе.
Суссекс. Пиппин вздрогнула, хотя это был ее единственный приют – маленький загородный дом, унаследованный ею от матери, который отец, к счастью, не мог прибрать к рукам. Иначе он проиграл бы в игорном доме или на скачках этот дом, как и все остальное, чем владела семья.
Дом был не из тех, чем можно хвастаться, маленький коттедж в конце переулка. А местное общество слишком хорошо осведомлено о бедности и отсутствии связей у его обитательниц, чтобы потрудиться включить их в свой круг.