Секс-защитник по соседству - стр. 4
Как же, сука, сладко и горячо.
Пока отвечаю на удар поцелуем, не оставляет ощущение, что меня используют. Что не я собираюсь трахнуть *бнутую сучку, а имеют меня. Морально и психологически.
Только вот это не как не мешает порвать до середины бедра ее платье, сдернуть бретельки и выпустить на волю две чудесные дыньки с вишенками сосков.
Она наигранно вскрикивает, прикрывает их руками, но я шлепаю барьер и хватаю соски пальцами, тяну на себя, снова вылизываю рот.
Такой пухлый, крупный рот. Уже фантазирую, как она будет глотать мою сперму. А, впрочем? Она ведь сама хочет.
– Сучка похотливая, – встаю над ней, растягиваю ширинку. Беляева тут же пытается подняться, но я держу ее внизу, скалюсь и выпускаю наружу заждавшегося ласки монстра. Она еще шире распахивает глаза, и я самодовольно понимаю, что у Беляева член поменьше.
– Стой, – упирает она руки в мои бедра, но меня уже не сдержать.
– Ты сама этого хотела, так что не рыпайся и соси, – шиплю я, хватаю нос пальцами и тут же запихиваю головку члена в открывшийся от невозможности дышать рот. Пихаю глубже, содрогаюсь от кайфа. Тут же вытаскиваю ствол, даю глотнуть воздуха и снова. Глубоко в глотку и назад. Туда – сюда и снова. Размазываю слезы, слюни по лицу и пихаю, пихаю член сквозь пухлые губы. В какой-то момент мне просто надоедает эта половинчатость ощущений. Обхватываю ее голову двумя руками, окончательно растрепывая шелк волос, и просто насаживаю горло на член. Смотрю в наполненные слезами глаза и слюни, ручьем бегущие по подбородку, стекающие по таким крупным дойкам. И долблю. Трахаю. Глубоко. Прямо в глотку, чувствую, как от напряжения сводит челюсть, а внутренности плавятся.
– Давай, давай, – запихиваю член глубже, чувствую, как носик упирается в пах. – Соси, сука.
Вытаскиваю с пошлым хлопком член, наблюдая, как жадно Беляева заглатывает порцию воздуха, и дергаю ее на себя вверх.
Еще один удар по щеке, горящий обиженный взгляд, но чувствую не жжение, а лишь острое желание продолжить, всадить ей в щелку и трахать с такой же силой, какой она наяривает отбиваться.
Толкаю на пол, нависаю.
Раздвигаю коленом ноги, одной рукой зажимая оба запястья над головой, другой с треском ткани срываю трусы.
– Да, вот так, – хрипит она и елозит под мной, постоянно пытаясь, как будто вырваться. – Насилуй меня, сделай это грубо, сделай мне больно, оставь синяки на теле.
Рукой провожу по влажной промежности, зажимаю уже трясущиеся ноги в коленях и начинаю гладить клитор.
Она вдруг дергается и шипит.
– Ты что творишь? Зачем трогаешь меня там. Тебе надо было просто изнасиловать меня, порвать одежду и трахнуть жестко.