Рожденная второй - стр. 44
– Можно построить вокруг источников питания специальные корпуса, не пропускающие импульс. Но это нужно проделать сразу повсеместно. Инженеры-Звезды должны будут работать круглосуточно. Нам могут помочь Атомы. Потребуется предоставить доступ в каждый Удел и особенно к столице. Мы должны начать с ваших дворцов.
– Просветленная Джоуэлл, проследите, чтобы Долтри и его люди получили от Ценза необходимый доступ.
– Это будет непросто, Просветленный Боуи, – отвечает политик Удела Лун. – Ценз не любит делиться полномочиями. Это мешает им выслеживать третьерожденных.
– Предпочитаете сидеть в своем дворце в потемках, Просветленная?
– Нет. Я позабочусь, чтобы все было сделано. Перворожденный Леон, мне нужен список рабочих как можно скорее.
– Вы получите его в течение недели.
Гришолм трет обеими руками лицо и стонет.
– Это очень любопытно, отец, но все это мы уже слышали от твоего гвардейца, как там его, Бархан?
– Дюна, – поправляет его Просветленный Боуи.
При звуках имени ментора у меня учащается сердцебиение. Он в безопасности!
– Точно! – Гришолм наставляет палец на отца, словно они в комнате одни. Может, так и есть. – Ты уж позаботься обо всем, о чем следует, Долтри, а мне пора на Церемонию открытия Состязаний второрожденных. Я сделал верную ставку – на Звезду Линуса. Хочу успеть перемолвиться с ним словом до начала испытаний.
Снисходительная улыбка Оталы полна фальши.
– Не стоит ставить против Удела Мечей. Мы выигрываем почти каждый год.
– Шансы бойца Мечей резко упали. Из-за нападения, вы же в курсе. Ваш доминион уже не кажется таким надежным.
Лицо у матери такое, словно Гришолм влепил ей пощечину. Она старается не подавать вида и принужденно улыбается.
– Победитель состязаний никогда не возвращается в свой Удел, верно? – поддразнивает ее Гришолм.
Стиснув зубы, Отала заставляет себя улыбнуться еще раз.
– Полагаю, вы правы. После победы в прошлом году Бальтазар решил покинуть Мечи и остаться в Добродетели.
– Посетив Добродетель, они уже не согласны на меньшее, – язвит Гришолм. – К тому же у наших женщин… – свысока оглядывает он меня, – чувство стиля намного развитее.
Хочется перелезть через перила платформы и разбиться насмерть – лишь бы оказаться подальше от его ухмылки.
– Прости моего сына, Розель. Едва научившись ползать, он начал избегать обязанностей перворожденного.
– Мне нечего прощать. Как всегда, я к вашим услугам, – отвечаю я, выдавливая улыбку.
– Твой ментор хорошо о тебе отзывался. Или лучше сказать, бывший ментор?
– Я всегда буду считать коммандера Кодалина своим наставником, даже если мы больше никогда не увидимся.