Реванш - стр. 32
Выбираюсь из кровати и прямо так, в спальных шортах и майке, топаю на кухню за очередной порцией кофеина.
Вот главная прелесть жизни в собственном доме: не нужно подстраиваться под других.
Кайф!
Красота!
Восторг!
Вариант с этой однушкой в спальном районе подвернулся совершенно случайно. Ведь не зря говорят, новичкам везет.
А начиналось всё «весело» …
Ехала я в августе в Питер в заранее снятую на месяц комнату в большой коммунальной пятикомнатной квартире, рассчитывая немного присмотреться и определиться: общага или съем и дальше.
Первую неделю пребывала в тихом шоке. Слышимость оказалась такая, будто обои наклеивали вместо стен на фанеру, из которой и делали перегородки. Да и с соседями не повезло. От слова «совсем».
Если две дальние по коридору комнаты занимала семья с ребенком, то рядом со мной проживали «красавцы»-мужчины. С правой стороны – горячий тридцатилетний джигит из ближнего зарубежья по имени Санжарбек или просто Саша, а с левой – буйный во время запоя интеллигент Иннокентий Романович Заколюжный лет пятидесяти.
Мой приезд совпал со второй неделей празднования значимого для соседа слева события – Дня военно-морского флота. Отмечался он с размахом: звоном стакана и бутылки, задушевными разговорами с самим собой, чуть позже руганью, а после и заунывными песнями под гитару до четырех утра.
И так на протяжении пяти вечеров и ночей подряд. Днем же интеллигент вел себя культурно: спал, ел, не шумел и ходил прогуляться в магазин за очередным «допингом для празднования». И, что немаловажно, всегда в шляпе и галстуке.
Сосед слева ночами отсутствовал. Работал охранником. А после обеда, отоспавшись, подкарауливал меня на кухне, где я готовила покушать, и заваливал приглашениями то погулять, то сходить в парк или в ресторан, то просто посмотреть фильм и поговорить за жизнь. Доставая так, что по-быстрому заканчивала дела и сбегала в свою комнату.
Такое милое соседство заставило чаще проводить время вне дома и присматриваться к общаге внимательнее. Потом променад по району вошел в привычку, хотя интеллигент угомонился и больше день с ночью не путал. Да и жаркий джигит нашел более лояльно настроенную к себе «любовь всей жизни», которая, скорее всего, от яблок и персиков нос не воротила.
В общем, стало почти приемлемо. Но, все равно, неуютно. Тяжело перестраиваться, когда больше двадцати лет живешь с комфортом в собственном доме.
Объявление на столбе, не напечатанное, а написанное от руки, бросилось в глаза случайно. Да и номер указывался городской, а не сотовый. Набрала просто так, из интереса.