Рассказы из Санта-Моники. Андалузские истории - стр. 15
Анна расхохоталась так, что Горацио покраснел.
– Это такой деликатный момент… Понимаете, донья Анна… Брачной ночи у нас как таковой ещё не было…
– Понятно, – ехидно констатировала старуха. – Наверное, сказала, что нужно чуть-чуть подождать?
– Да, так и было, – на бедного Горацио было жалко смотреть, но Анне, по понятным причинам, это было всё равно.
– Залечивает то, что не успело выздороветь до свадьбы, – объяснила она дантисту поведение его молодой жены. – Где вы познакомились? Я думала, ты подцепил её в клубе для туристов, где она вертится вместе с сёстрами и теми тётками, что помоложе?
– Нет, по интернету, – наивно ответил Солер, и Анна вновь рассмеялась так, что дантист ещё раз увидел каждый из её зубов.
Дантист решительно собрал последние из своих инструментов, засовывая их в серебристый чемоданчик силой, без всякого порядка.
– Я пойду, донья Анна. Мне надо немедленно поговорить с ней!
– Подожди, Горацио, – остановила его слепая. – Не спеши. Может, я сгущаю краски. Люди редко, но всё же меняются. Ты, главное, не подпускай её к вину и прочим радостям…
– Она ещё и пьёт? – спросил трагически уже не удивившийся новому факту Горацио.
– Если она похожа на других в своей семье, – пожала плечами Анна, – то обязательно. Хотя не буду наговаривать. Её папаша, выйдя из тюрьмы, например, завязал. Да оно и правильнее. Дурь-то ему достаётся почти даром – раз сыновья барыжат по всему Коста-дель-Соль.
– Кто?!
– Братья твоей Клементины. И травой, и порошком.
Горацио Солер швырнул уже собранный чемоданчик на землю:
– Какие братья?! Какой папаша?! На свадьбе их не было!
– Ещё бы! – ответила Анна. – Хотела бы я увидеть церковь, в которую их согласятся пустить. После той кражи на причастии, на которой их застукали…
– Иисус Мария! – Горацио перекрестился. – Они ещё и воровали в церкви?!
– Я же говорю, – максимально серьёзно сказала Моредо, – мужественнее мужика, чем ты, Горацио, я в жизни не видала! Что с ней поделать, с этой чёртовой любовью.
Анна почувствовала на своих плечах руки дантиста.
– Боже, как я был слеп! – прошептал он ей в лицо в полном отчаянии. – Донья Анна! Вы уберегли меня от опасности, как святая Моника своего сына, Августина!
– Видеть в одном другое, бывает хуже, чем не видеть вовсе, – нейтрально заметила старуха. – Это правда. Если позволишь, я дам тебе совет.
– Конечно, донья Анна! Я слушаю вас!
Горацио отпустил слепую, но внимательно внимал каждому её слову.
– Не делай из этого скандала, – сказала Анна. – Ты же и сам знаешь, как к тебе, уважаемому человеку, после этого станут относиться?