Попандос, или Как я стала принцессой горгулий - стр. 26
Я девка настырная, если че захочу — добьюсь!
Коника я назвала по-своему. Буцефал. А что, черный, мощный и рожки даже есть. Великолепный жеребец! Другого имени такой конь недостоин. Несмотря на грозный вид, он, как истинный мужчина, был падок до лести и ласки. Уж не знаю, но обошлось без приворота. Буцик попал под мои чары, а от моих поглаживаний, чес слово, улыбался.
Я в первый раз не поняла, думала, съесть меня хочет, вот рот и растягивает, да еще криво так усмехается.
Отошла подальше в целях самосохранения, а как дошло, что это он так радуется мне, сама заулыбалась в ответ. Бегом к животинке, запустила руки в густую гриву, потеребила (надеюсь, блох нет, а то аж замлел), чем навек завладела его огромным сердцем.
Странно, и чего его в отдалении от всех лошадей держали? За отдельной толстой изгородью. Он же такой милашка!
Раз все получилось, можно и смотаться по-быстренькому туда-обратно. Чтобы не хватились пропажи.
Выглянула осторожно из конюшни. Никого. На обед все пошли. А это дело святое у горгулий.
Вывела я Буцика во двор, а сама смотрю, как залезть? Но парень усмехнулся, фыркнул презрительно и неожиданно опустился на ноги. Ну говорю же, милашка!
Как его оседлать, я не знала, решила рискнуть. Катались же индейцы, значит, и я смогу. Почувствовала себя этакой дикой бунтаркой, села без всяких приспособлений, схватилась за гриву, а она у него длиннее поводьев.
— Полетаем, малыш? Ты явно застоялся в конюшне. Не помню, чтобы тебя запрягали.
Этот «малыш» от нетерпения энергично затряс мощной головой, прошелся когтистой лапой по камню, высекая искры. Красавец! Вот знаю, кого выбирать. Чуть присел, раскрыл огромные крылья и…
Я к такому не была готова! Крик застрял где-то в желудке.
Мы махнули в небо с такой быстротой, что, выпучив глаза, я вцепилась в гриву, а сама вспомнила Отца Всевышнего и его сына. От такой встряски больше ничего не успела.
Буцик довольно заржал в прямом и в переносном смысле. Ему моя реакция понравилась.
— Бу-бу… цефал ты мой ненаглядный, ты же не хочешь моей смерти? — произнесла просяще, когда заикание прошло.
Тот повернул морду хитрую, глянул косо так и с превосходством в глазах.
— Не хочу показаться назойливой, но впереди гора…— откровенное ржание в ответ. — Она прямо… — тут коник ловко обогнул ее, даже не глядя, — … была там, — договорила я с невольным облегчением.
Это не конь, это животное какое-то! Мстит мне за что-то? А вдруг Теа его обидела, а мне теперь расхлебывать?
Но ход обратный уже не дашь, буду надеяться, что просто попугать хотел.
— Ты же знаешь, где Радужный водопад находится?