Под крылом доктора Фрейда - стр. 2
– Здравствуйте, – Дима не знал, что бы еще сказать.
– Альфия Ахадовна вышла. Скоро придет.
Тетка, как бы изучая, пристально оглядела Диму. Он подумал, что все сотрудники больницы, встреченные им сегодня, на кого-то или на что-то похожи. Один доктор из тех, с кем он разговаривал утром, возле остановки автобуса, был длинный, с лысой продолговатой головой, похожей на дыню. Второй – коренастый, загорелый, с бычьей шеей – напоминал боксера-тяжеловеса, только нос подкачал – бугристая испеченная картошка. Подслеповатая медсестра ассоциировалась с Совой. Главный врач, с которым он только что разговаривал, был вылитый Старый Лев. Интересно, на кого или на что похожа эта таинственная Альфия Ахадовна?
– Где я могу ее подождать?
– Вон там кабинет. – Сова махнула рукой и ушла.
Возле запертой двери не было ни скамейки, ни стула. Дима прислонился спиной к стене и задумался. «Вот тебе и сумасшедший дом. Ехал поговорить, а попал на работу».
Дима еще раз осмотрелся.
Довольно широкий и короткий коридор образовывал что-то вроде прямоугольного холла из белых кафельных стен и окрашенных масляной краской дверей. Окна с решетками впускали свет, но не давали ощущения простора. Все было закрыто. И никого – ни больных, ни персонала. Только в торце прямоугольника массивная дверь с окошечком посредине. Как здесь работать? В углу стояли два обычных деревянных стола, застеленных старой клеенкой. Возле каждого – по четыре стула на гнутых металлических ножках. Столовая? Не похоже, уж слишком мало здесь места. Дима из интереса подошел, подвигал. И стулья, и столы свободно переставлялись. «А не боятся, что этими стульями по башке можно получить?» Он передвинул один из стульев поближе к окну, достал из портфеля ноутбук и уселся.
«Господи, какое здесь запустение! Какая нищета!»
Дима вспомнил свое отделение, с которым попрощался несколько дней назад, операционную, перевязочную. Процедурку с немецкими стеклянными шкафами, светлые палаты, раздвижные двери, свободно пропускающие сразу две каталки… Какой хирургический центр он оставил! Таких немного, наверное, по всей стране. Что же здесь его ждет?
«…Главный врач сказал: «Пойдешь сначала на год в отделение к Альфие Ахадовне… Она тебя всему научит». Чему это «всему»? Всей психиатрии? За год? И какое-то нерусское имя… Ассоциируется с рахат-лукумом. Восточным лакомством, которое он любил в детстве. Человеку с таким именем полагается быть белым и толстым…»
Дима зевнул и закрыл глаза. И вдруг перед ним возникло видение: по желтой, выжженной солнцем степи, вращаясь, мчался черный смерч. «С чего бы это?» – подумал он. И вслед за пронесшимся смерчем почему-то тут же возникло лицо незнакомки – его странной соседки по больничному автобусу.