По моему хотению - стр. 25
В пединститут на биологический факультет они поступили по двум причинам. Первая – родители требовали предоставить им «корочку» о высшем образовании, и вторая – легко поступить. Ну как легко? Для девушек это вовсе не так, но парни-педагоги почему-то всегда нарасхват в школах. Не то потому, что это экзотика, не то для того, чтобы хоть как-то разбавить «дружный» женский коллектив педагогов. Так вот, парней принимали в Пед можно сказать за «красивые глаза».
Оказавшись лишь вдвоем в цветнике из двадцати пяти девушек, ребята сразу спелись, являясь полной противоположностью друг другу внешне, но имея похожие характеры и общую жизненную философию.
«Пумба» — это Петр Кабанов. Высокий юноша плотного телосложения, с упитанными щечками, между которых уютно примостился курносый нос. Так что что внешне, что благодаря фамилии, прозвище напрашивалось само собой и приклеилось мгновенно.
«Тимон» — Тимофей Муравьев — оказался полной противоположностью своему товарищу: маленький и астенического телосложения. Он словно хитрый и увертливый сурикат умудрялся любые идеи товарища превращать в свои, тем самым добавляя себе значимости.
И Тимофей, и Петр очень не любили прикладывать к чему-либо усилия, предпочитая выезжать на халяву и зарабатывать себе авторитет не за счет собственных достижений, а за счет преуменьшения их у других. А точнее, принижая, унижая и высмеивая.
Как известно, у каждого человека есть своя «ахиллесова пята», свое слабое место. Так вот, эти двое были просто мастерами по ее выявлению. Мое слабое место они тоже довольно быстро просекли, о чем и напоминали мне при любом подходящем случае.
— Ну так что, — снова вклинился в мои мысли Тимон, — как лягушенцию будешь сегодня резать, вдоль или поперек? — и заржал, донельзя довольный своей шуткой. А я уж и не чаяла, когда же начнется урок.
— Матвеева! — Голос Марии Федоровны с трудом проник сквозь барьер из моих мрачных мыслей.
Я встала из-за парты и подошла к учительскому столу. В этот момент прозвенел звонок на урок. Преподаватель, поморщившись, переждала его пронзительную трель и попросила меня:
— Маша, раз ты у нас сегодня за дежурную, принеси, пожалуйста, из лаборантской на втором этаже четыре плаката по лабораторной работе номер тридцать пять. И поскорее, а то не успеем за урок сделать.
Я кивнула и выскользнула за дверь. Так приятно было и легко пробежать по опустевшему и тихому коридору университета и буквально слететь по ступеням на этаж ниже. В лаборатории номер один я огляделась. На вбитых в стену трех гвоздях тяжелыми стопками висели картонные плакаты с картинками пояснений по различным практическим работам. Все четыре плаката с лягушками оказались сверху. Сняв их с гвоздя, невольно задержала взгляд на рисунках, изображавших этапы препарирования озерной лягушки. И вдруг страх вернулся. Я не то что резать, я прикасаться к этим скользким тварям боюсь просто до умопомрачения! Но и не сдать эту работу я тоже не могу.