Плохие девчонки - стр. 29
Он медленно поднял подрагивающую руку к лицу и провел по щекам! Непонимающе поглядел на испачканную ладонь… и как заорет!
А я стою в дверях автобуса, пластиковое ведерко прижимаю к груди и… и ничего с собой сделать не могу – ржу так, что чуть со ступенек не падаю! И Витка, идиотка, рядом заходится…
Троица облитых посмотрела на нас – и смех у меня внутри отключился. Я увидела их морды – и молча рванула в автобус! Ступенька гулко ухнула, и «полупородный» ворвался в салон следом за мной. За ним сосредоточенно карабкались дружки…
Я попятилась, лихорадочно соображая, что мне делать. Может, если я ему поулыбаюсь, глазки построю… ага, вы пробовали строить глазки парню, которого только что облили детскими тошнотиками из ведерка?
Витка вот попробовала…
- Ой, мальчики, вы та-акие быстрые! - пятясь вместе со мной по проходу, залепетала она. – И симпатичные! – она посмотрела на стекающую с «полупородного» жижу… и захохотала снова, истерически повизгивая.
«Полупородный» положил растопыренную пятерню Витке на лицо – и с силой пихнул ее в сторону. Она свалилась на Лешку. Лешка дернулся и закопошился, непонятно, то ли пытаясь выкарабкаться из-под Витки, то ли наоборот, зарыться поглубже, авось не заметят.
«Полупородный» двинулся ко мне, кажется, совершенно точно зная, кто его «уприветил». Темные глаза на смуглом лице безумно, ненавидяще расширились, узкая рука скользнула в карман джинсов – и вытащила нож. Длинное лезвие раскрылось с отчетливым щелчком.
- Эй, брось ножичек, придурок! – воздвигаясь над своим креслом, гуднула очухавшаяся Микулишна и беспомощно замолчала – нож вдруг оказался у самого моего живота.
Почему мне ну совсем, ни капельки не страшно? Я просто стою, как истукан, ни заорать, ни рукой пошевелить, только жутко в туалет хочется, хоть просись: «Можно, вы подождете минуточку меня убивать, я кой-куда сбегаю?». А еще где-то в районе затылка болтается мыслишка: «Жалко, на сцене меня никогда не убивали, хоть знала бы, как себя вести».
- Ах ты ж неверная б…! - бешено выдохнул «полупородный».
- Чего это я… ничего я не это самое! – вдруг возмутилась я.
Честное слово, я не собиралась ничего говорить! Будто кто-то другой моим языком двигал! И не замолкал!
– И почему неверная? Мы с вами разве встречались? – продолжала приставать я. – А даже если бы: ведерко, которое я на вас вылила – это ж разве неверность? Вот если бы я с другим парнем целовалась…
Боже, что я несу, зачем я это несу!?
На заляпанном лбу «полупородного» проступили крупные капли пота, и я успела только понять, что ему совсем «сорвало крышу» – он коротко, без замаха ударил ножом. Мои руки дернулись – тоже будто сами, и лезвие с глухим чпоканьем вспороло пластик ведерка. Он глухо взревел – и рванул у меня ведерко. Я зачем-то попыталась ведро удержать – без толку, конечно, пластиковый край только больно ободрал пальцы. «Полупородный» швырнул ведерко себе за спину – и оно звонко стукнуло Аньку по голове.