Однажды в Лопушках - стр. 2
Тетка говорила, что блудливые, но не со зла.
Ведьмы в принципе некоторые вольности в поведении не осуждают.
Ныне на Линке был алый костюмчик, заставивший меня вновь позавидовать старой подруге. И тому, что этот костюмчик есть, и тому, как сидит он. На меня, что ни надень, все без толку. А она и в дерюге королевною держится.
Костюмчик дерюгой не был.
Коротенький жакет шелкового отлива. Золотые пуговицы на рукавах поблескивают. Штаны струятся, и не понятно, то ли штаны это, то ли юбка… туфельки на каблуке.
Я бы на таком живо шею свернула.
Еще и очочки нацепила преогромные, в тонкой оправе.
– Что ж… – Линкина матушка развернулась. – Идите. Чаю поставлю… могла бы и упредить, оглашенная… ты как, на отпуск решила?
– Насовсем, – вздохнула Линка и носом шмыгнула, разом поутративши своей аристократичности. – Я так устала, мама…
– От… – в хате что-то грохнуло. – Отдохнешь… оно всегда отдыхать надо. Идите уж, я варенье вчерась ставила, попробуете.
Варенье у Линкиной матушки завсегда было особым, не приторно сладким, сохраняющим сам дух ягоды, оттого и ценили его. И из нынешней череды банок, что выстроилась вдоль стены, две трети на заказ пойдут.
Ну да известный промысел.
Тетка Акулина, вон, травы собирает. И ныне ночью мне аккурат за речною мятой идти, которая вот-вот зацветет, а стало быть, силы и ароматности поутратит. Я почесала руку, на которой проступил красный след комариного укуса. На меня отчего-то теткины зелья действовали слабо, или не на меня, но комары к ним пообвыкли, только быть мне вновь кусанной.
Ничего.
Как-нибудь перетерплю.
Чай мы пили не то чтобы молча, скорее уж беседа текла неспешная, о погоде и политике, и еще о том, что в Завадцах, которые недалече, верст пару всего, собираются завод открывать, то ли черепицу делать, то ли таблетки, а Васятка так и вовсе убежден был, что и то, и другое, и еще третье, секретное, об чем местным не говорят. Братец мой от неспешной этой беседы нервничал, хотелось ему другого послушать, вот и ерзал, и варенья почти не ел.
Но… кто ж при всех о делах говорить станет?
Мы помогли затащить Линкины чемоданы в дом, и было тех не так, чтобы много.
– Оставила я ему… а то ведь… – Линка осеклась и рукой махнула. – Машину вот отправить бы еще, но… найдет.
– В сарай поставь, – Ксюха варенье брала пальцем. Сперва наливала в тарелку, потом тыкала пальцем и тот облизывала. – У вас все одно там только Пантелейка.
– Побъет, – с сомнением произнесла Линка.
– Я заговор наложу, – я потерла руки и укус вновь поскребла. – Морочный. Он и не увидит.
Потом мы раскидывали вороты, загоняли автомобиль, от которого вкусно пахло кожей и духами, и Линка даже предложила мне прокатиться, и Ксюхе тоже, но мы обе отказались. Нечего… автомобиль в ворота влез, и в старое стойло встал, что родной. А Линка спешно забросала его сеном.