Один из нас - стр. 11
Потом его взгляд упал на фетровую шляпу агента, и он немедленно влюбился. Он никогда не видел такой шляпы, разве что в старых фильмах. Вот бы тоже обзавестись такой! Болван представил, как он входит в столовую в своей новой шляпе и все ребята сходят с ума от зависти.
И только тут до него дошло.
Болвана ждал совершенно незнакомый мир. Скорее всего, он никогда больше не увидит ни своих друзей, ни своего старого дома.
Глава четвертая
Завтрак состоял из обычной полужидкой бурды, которую они поглощали, сидя за деревянными столами в домовой столовой. Возя ложкой по тарелке, Пес ждал, когда подойдут его приятели. Сегодня в программе стояла агрономия – а значит, они проведут весь день, работая на ферме за пределами Дома. Его любимый школьный предмет; лучше были только воскресенья, когда они вообще не учились и могли проводить время с друзьями.
Сегодня, впрочем, его не радовала предстоящая перспектива; его вообще ничего не радовало. Он плохо спал, ум кишел разочарованными мыслями. Рано утром его разбудило птичье пение – за окном поселилось семейство дроздов.
Человек из Бюро сказал, что в нем нет ничего особенного и никогда не будет. Что он катается как сыр в масле. А потом велел ему убираться к черту.
Все это было ужасно несправедливо.
Мама бросила Пса, когда он был еще совсем младенцем. С тех пор о нем заботились другие нормалы. Да, разумеется, его кормили и обеспечивали ему крышу над головой – но он вовсе не катался как сыр в масле. Это мог увидеть любой, у кого имелись глаза. Дом был обветшалой развалюхой, слишком тесной для такого количества обитателей. Их кровати кишели насекомыми, через дыры в крыше на пол текла бурая вода.
Он не просил ни о чем подобном. Ему просто не повезло родиться на свет.
Скамья застонала под опустившейся на него тушей Мозга. Учителя говорили, что он появился на свет, когда лев изнасиловал гориллу. Его звероподобной внешности, впрочем, противоречили маленькие изящные руки и глаза, где горел неожиданный огонек ума.
Но, по-видимому, в нем тоже не нашли ничего особенного. Правительство не забрало Мозга, который был умнейшим из всех, кого он знал. Пес мог быстро бегать – быстрее, чем Мозг, может быть, быстрее любого из живущих на земле людей, – однако Бюро ставило планку слишком высоко даже для них.
Следующими появились Уолли и Мэри. Взяв подносы с завтраком, они уселись на свои обычные места. Эти-то уж точно никуда не делись, и неудивительно. Уолли представлял собой просто большой колышущийся мешок, едва способный разговаривать. Мэри была чахлая, невзрачная девчушка с лицом слабоумной. Она единственная из детей не получила никакого прозвища.