Размер шрифта
-
+

Новая Зона. Синдром Зоны - стр. 11

Щелкнули ножницы, и маленький пучок волос упал в пластиковую пробирку. Зотов вытащил скарификатор, быстро ткнул острием в палец, и еще в три пробирки попало по нескольку красных капель.

– Как в больнице, – усмехнулся я, прижимая пропитанную спиртом вату, – надеюсь, другие анализы не нужны?

– Нет, пока не надо. Разве что в эпидемиологическую станцию, но думаю, что вы хорошо моете овощи и фрукты. Придержите крышку, так, осторожнее. Там жидкий азот – кровь нужна максимально свежей. Теперь посмотрим тензометрию искажений. Расслабьтесь, посидите неподвижно, это долгая опера.

Я откинулся на подушки дивана и даже начал немного дремать под тихие попискивания и трели мудреной техники. Замеряют сталкера на разную зонную гадость два раза в год, по графику. Гадости, правда, все никак не найдут, но изменения держатся. Слышу, как бегает по бумаге профессорская перьевая ручка, и даже примерно знаю, о чем повествуют удивительно аккуратные, почти каллиграфические строки. Все в наличии: легкий и совершенно незаметный простому глазу загар сталкера. Чуть другой рисунок мозговых пиков на графике. Циферки на тензометре немного выше, чем полагается пространству и времени вдали от Зон, но этим уже, по словам профессора, «можно пренебречь». И то, что приборами не замерить, – бешеные, адреналиновые сны-фильмы, где дождь, серое небо и скорбные окна погибших домов. Синдром, как его называют кабинетчики НИИАЗ, дипломированные психологи и мозгоправы. «Я так понимаю, не хотим поправляться? В каком смысле не страдаете?..» И об этом профессор напишет в своей книжке, непременно напишет.

– Игорь Андреевич! Здравствуйте! – Хип, свежая после купания, ветром влетела в зал и, к немалому смущению профессора, быстро чмокнула того в щеку. – Мы вас ждали! Китайский высокогорный чай уважаете? Есть зеленый, черный!

– Черный, пожалуйста. – Зотов улыбнулся в бороду, опустил глаза. – Однако…

– Вот вам и скво, – я притворно нахмурил брови, – совсем от рук отбилась. Безобразие.

– Домостроевец. – Я тоже получил короткий, солоноватый после моря поцелуй. – Верите, профессор, совершенно невыносим в быту. Как исследования?

– Идут. – Я глазами указал на саквояжи. Хип сама достала штатив с пробирками, сверилась с маркировкой. Секунда – и девушка, даже не поморщившись, сама уколола палец скарификатором.

– Сколько, профессор?

– Достаточно пяти-восьми капель в каждую. Спасибо. Теперь несколько волос на химический анализ. С вами, право, приятно работать, сталкеры. Все почти сами, и лаборантка не нужна. Как в целом самочувствие? Что беспокоит?

Страница 11