Мир БОКИ - стр. 20
Отталкивая мужа, чуть не снесшего ударом кулака дверь, за которой его дочери грозила неведомая опасность, Надежда, задыхаясь от сковавшего и сердце, и легкие, и вообще все внутренние органы ужаса, влетела в комнату.
– Что?!…
– Паук! – жалобно пискнула Люся,пристроившаяся на накрытой лоскутным одеялом кровати, тыча в угол комнаты дрожащим пальчиком.
Вадик жизнерадостно заржал.
– Б… – выдохнул Сергей.
Надежда почувствовала себя ужасной матерью, и вообще ужасным человеком, потому, что желание отвесить дочери пару-тройку хороших затрещин было в данный момент почти непреодолимым.
– Это он на тепло выполз, – хмыкнул Федор Валерьевич немного смущенно. – Дом-то давно не отапливался, а тут…
– Ты нормальная?! – прорычал Сергей испепеляя дочь наполненным гневом взглядом. Люся всхлипнула и надула губки.
– Тут все отстойное! – она снова всхлипнула. – Все! И еще и пауки ползают. Мерзкие… Я хочу домой! Когда мы назад поедем?…
– Хорош ныть! – рявкнул отец. – Когда нужно, тогда и поедем!
Люся издала жалобный звук, похожий на поскуливание щенка. Весь ее облик представлял одно сплошное невыносимое страдание.
Тетка-соседка, привстав на цыпочки, выглядывала из-за Надеждиного плеча, стараясь не упустить ни одной детали очередной сцены «из жизни приехавших в деревню городских». Она с явным восторгом наблюдала за разворачивающимся действом. Бегающие глазки горели жадным любопытством. Семейство новых владельцев дома, однозначно, внесло долгожданное разнообразие в ее не слишком насыщенную событиями жизнь.
– Ох, а я уж думала невесть что! Сердце так и зашлось!… А пауков-то этих тут полно, их чего бояться-то? Они ж дурного-то ничего не делают. Ползают себе и ползают. Вот мыши, мыши-то да. Они-то вот вреда много могут принести…
Услышав про мышей, Люся еще сильнее скукожилась, с ужасом озираясь по сторонам.
– Спасибо, Мария Захаровна , что зашли, – сказал Сергей, давая понять, что соседке пора на выход.
– Ну а как же, соседи ведь, – заметно погрустнев ответила тетка. Она была бы не прочь задержаться подольше и поучаствовать во всем, что ещё будет происходить. По соседски… с нескрываемым разочарованием она неохотно проворчала: – Ну, пойду я…
Марья Захаровна с неприязнью посмотрела на Федора Валерьевича. Старый хрыч явно уходить не собирался. Вот ведь бывают же бессовестные люди! Сам ведь сказал, что людям осмотреться нужно, отдохнуть. И, гляди-ка, сам же, как ни в чем ни бывало, расположился тут, как у себя дома! А хозяевам-то неудобно его выгнать. Люди воспитанные…
– Федор Валерьич, а Вы, что не уходите еще? – «ненавязчиво» намекнула Марья Захаровна бессовестно пользующемуся гостеприимством новых владельцев дома старому дурню, что пора и честь знать.