Минуты решают всё - стр. 2
Однажды июньским вечером всё пошло кувырком.
Тогда я заработалась до позднего вечера. Часы показывали одиннадцать. В команде со мной работала помощница Бетти Стюарт и дизайнер Рон Фарадей. Остальные из нашего «крыла» офиса ушли домой. Нам троим предстояло доделать выпуск журнала. Мы не могли так просто бросить и уйти. Утром мы отдаём журнал в печать. Другого варианта не дано. Иначе в одночасье вылетаем со своих занимаемых должностей. Эмили Круз – жесткая деспотичная начальница, а с такими шутки плохи.
Рон как раз показывал многочисленные варианты обложки очередного выпуска, как на столе раздался телефонный звонок. Я попросила Бетти (мы зовем её Бет) снять трубку.
Бет – миловидная девушка, длинноногая блондинка с большими зелеными глазами. Достаточно молодая и целеустремленная. Ей двадцать три года и пока её глаза горят огнём, а стремление сделать всё на отлично порой зашкаливает. Мы работаем вместе тех пор, как меня повысили до главного редактором. Без Бет я бы не справлялась со всем объемом работы. Она добра и в тоже время амбициозна, чем вызывает во мне симпатию. Ей нравится Рон, а он, как обычно это бывает, её не замечает. Не то чтобы совсем, просто относится к Бет, как к другу. Этот сериал в погоне за любовью в лице бет тянется не первый год. Малейшее проявление внимания со стороны Рона воспринимается ей как нечто грандиозное.
Подойдя к телефону, она сняла трубку. Лицо Бет стало серьезным и непроницаемым. Мы с Роном, оторвавшись от лежащих на столе эскизов, стали прислушиваться к разговору, пытаясь понять, о чём она говорит. Бет лишь бесконечно мотала головой и односложно отвечала.
Повесив трубку, она развернулась и спокойным голосом произнесла. Глядя при этом на Рона:
– Только что сообщили, что Эмили Круз серьёзно заболела. Воспаление легких. Двухсторонняя пневмония.
– Наконец-то! – вырвалось у Рона. – Это правда? Или ты решила нас разыграть, Бет?
– Звонил дворецкий, – добавила она, корча ехидную гримасу. – Сегодня с сильнейшими болями Эмили доставили в больницу. Она отказалась от госпитализации, и её отпустили домой под присмотр личного врача.
– Все-таки есть господь на этой грешной земле! – заключил Рон, радуясь, как ребенок, хлопая в ладоши.
– Уймись, Рон! – оборвала его я. – Теперь, знаешь, на нас работы сколько навалится? Вдвое больше! Какие Эмили дала распоряжения?
– В первую очередь она хочет видеть тебя, Абигейл! Эмили попросила, чтобы ты, как освободишься, заехала к ней домой, несмотря на столь позднее время. Она хочет, чтобы ты захватила с собой материалы по завтрашнему номеру.