Лунная Ведьма, Король-Паук - стр. 65
– О да, определенно с той поры, как место в ногах у наследного принца занял сангомин, теперь каждая вторая женщина благословлена, если ее не назовут ведьмой, – продолжает щебетать статс-дама госпожа Дунгуру.
– Неужто госпожу Каабу называют ведьмой? В таком случае как же называют ее мать?
– Словом, которое в кругу приличных женщин неуместно.
– Тогда не берите в голову, дражайшая сестра.
Обе госпожи развалились на подушках, как женщины, которым совершенно не нужна мужская компания. Статс-дама госпожа Дунгуру облачена в темно-зеленое платье с грудой ожерелий из бисера, свисающих до ее темных сосков. Каждый палец статс-дамы унизан золотым кольцом, кое-где их по два. Хозяйка тоже говорит много и не только ртом, но в равной степени и руками; в совокупности это создает атмосферу нагнетаемой тревоги.
– После недели гаданий они позвали оракула Ифы, и все то время никто ничего не мог сказать наверняка.
– Но почему они сочли ее ведьмой?
– Боже, что за слова, нджайе[19]! Вы там у себя в захолустье вообще новостей не получаете? Две наложницы лорда снесли ребятишек, которые вышли вперед ножками. Один удавился материнской пуповиной, другой рождением убил свою мать. Все слуги шепчут, что Каабу исполнена черноты и злых духов после того, как родила всего одну девочку, и то ослабленную.
– И лорд Каабу позволил им забрать свою жену?
– Он сам ее и обвинил. Жрецы не смогли найти ничего, что говорило бы о том, что она ведьма, поэтому лорд призвал сангомина.
– И теперь этот мерзкий речной шаман добрался до самого трона? Да, всё действительно изменилось.
– Так ты хочешь услышать историю или нет?
– Конечно, хочу!
– Ну так вот, лорд просит Короля возместить ущерб, и вот тут-то, добрая моя сестра, вмешивается канцлер. Истинно говорю, одно имя этого человека заставляет меня содрогаться. Если по правде, то он и есть тот, из-за кого всё это и заварилось. Ты знаешь, я слухам не верю, но слышу, что силами канцлера двор сейчас являет к сангомину благосклонность и, значит, потому теперь должно состояться судилище над всем и всеми, кто подозревается в причастности к ведовству. Вот так всё происходит, сестра. Человек из белой глины, этот самый охотник за ведьмами, власы которого за всю жизнь не знают гребня, без предупреждения появляется в вельможном доме. Я слышала, выглядит он как кожаный мешок с костями, и, представь себе, пришел он не один, а еще с семерыми. Все семеро из них, сестра, вроде как дети, но дети самые странные из всех, каких кто-либо видывал. У одного красная кожа, другой ползает боком по стенам, а у третьего две головы! И вот они врываются как гром среди ясного неба и хватают даму Каабу, визжа, что она ведьма. Я слышала, на ее защиту встают двое стражников, потому как думают, что это какое-то нападение, но дети те кидаются на них, как если б кто бросил сырое мясо стае гиен. Я слышала, нджайе, что когда их оттащили, то от одного стражника остались одни кости, а у другого все части тела были разбросаны по всему двору! Демонята, чисто демонята, но сейчас-то они служат вроде как добру, значит, они хорошие? Двух других наложниц там тоже сочли ведьмами.