Когда пришла чума - стр. 26
– Любопытно.
– Чего же любопытного? – закидывая в рот кусок мяса, спросил я.
– А ты обратил внимание, что в документах указаны координаты бункера?
– Обратил. Так и что? Мы в Москве, а бункер на севере, за полярным кругом, и там сейчас новые хозяева, которые нам не обрадуются.
– Верно. Только я это дело просто так оставлять не хочу. Шарукан с братвой ангелами никогда не были, на каждом кровь. Но детей и женщин спецназовцы зря завалили. Мы себе такого не позволяли, ведь это полный беспредел.
– И чего ты хочешь?
– Мести, – недобро прищурился Вага, покосился на экран древнего телевизора, который транслировал новости, и взял бутерброд.
Ели молча, у каждого в голове свои мысли. Но сколько не оттягивай разговор, его нужно продолжать. И когда последний бутерброд был съеден, а чай выпит, Андрей Иванович спросил:
– Не одобряешь моё решение?
– Нет, – ответил я прямо.
– Почему?
– Против Шарукана сработала серьёзная структура. Не бандиты и не ЧОП, а спецназ. Значит, это государство. А как против него выступишь? Если они сто человек зачистили, то нас с тобой сожрут и не поперхнутся. Мы о них ничего не знаем, а они о нас – всё. Мы изгои, а они будут сидеть в обороне, в хорошо укреплённом месте и завалят нас ещё на подходе к бункеру. А туда ведь ещё добраться нужно. И как это сделать? Сесть в самолёт и полететь? Так аэропорты, скорее всего, уже заблокированы, если реально чума надвигается. А скоро автостанции и железную дорогу закроют. Все пути на замке, а потом военные и полиция начнут кордоны выставлять и карантинные лагеря строить. Так что в лучшем случае нас запихнут за колючую проволоку, и мы зависнем там, пока не появится возможность сбежать. А в худшем – тупо расстреляют как подозрительных граждан или мы подхватим болячку. Разве я не прав?
Андрей Иванович кивнул и согласился:
– Прав. Голова у тебя соображает неплохо.
– Тогда в чём суть? Какая месть? О чём ты говоришь? Надо уходить в лес – это самый простой и надёжный вариант. Я так считаю.
– В общем-то, племяш, ты всё верно говоришь. Вот только в лесу мы долго не протянем, особенно в подмосковном. Ну, месяц. Ну, два. Пусть полгода. А потом всё равно придётся выходить, потому что зима настанет и жратва кончится. А это как раз пик болезни.
– Тогда давай двигаться к горам, – предложил я. – К Уралу, в тайгу. Или на Северный Кавказ.
– Нормальная идея. Будем двигаться. Но не к Уралу и не на юг, куда рванут сотни тысяч людей, а на север.
– Опять двадцать пять. Понятно, к чему ты клонишь. Раз всё равно, куда идти, то почему не к бункеру? Дался он тебе…