Кикимора спасает мир. Сказки XXI века - стр. 31
Не сразу, конечно, выложили. Они не особенно любят рассказывать о том, что только должно случиться. И никому не советуют, а вернее запрещают заглядывать в грядущее свое и чужое, потому что опасное это дело.
Но любая из трех девиц прекрасно понимала, что коту легче и проще сказать, все, что он хочет узнать, чем объяснять, почему они этого сказать не хотят.
Кончится тем, что они все равно скажут все то же самое, только времени и сил будет потрачено столько, да и Мокошь еще отругает. У нее с котом все время были какие-то свои секреты.
Так кот и узнал, что тот, кого ему требуется разыскать, чтобы не перебирать всех подряд и не попадать лапой в небо, находится в лицее, и только начинает писать стихи.
Он даже видел на глади пруда лицо этого юноши. Чертенок настоящий. И это как-то показалось знаком. Именно он и сможет сделать то, что не дано никому другому в этом странном времени и этом странном мире, в котором от любимой его Руси ничего совсем и не осталось.
№№№№№№
В Царском парке было тихо и прохладно. Стрекозы и бабочки порхали, шумели лицеисты. И никто не обратил внимания на рыжего кота, а черным Баюн никогда не бывал, потому и не бросался в глаза. Зато он очень быстро появился перед юными созданиями, и сразу нашел Поэта. Еще бы ему его не найти. Они смотрели в глаза друг другу долго. Потом парня куда-то позвали. И кот вроде пропал, но как только тот появился в своей комнате, так кота снова и увидел. На столике рядом с чужим гусиным пером лежал свиток. Кот внимательно следил за ним. Поэт порывисто развернул бумагу и прочитал:
У Лукоморья дую зеленый, златая цепь на дубе том.
Когда он дочитал до конца, то спросил:
– Что это такое, какие чудные стихи, но откуда это здесь.
Кот чуть не свалился с узкого подоконника, так он загордился собой. А что, разве часто услышишь похвалу, да еще от того, кто сам в стихах толк знает, хоть и зеленый совсем. Но уже почти гений. А то ли еще будет.
– Это наследие наше, что же еще, – проворчал он, чтобы скрыть смущение.
Поэт вздрогнул и начал оглядываться по сторонам, ему хотелось узнать, кто еще был в комнате, где негде было спрятаться даже ребенку, и кто с ним разговаривает.
– Да не вертись ты так, у меня уже голова закружилась, – бросил он, вглядываясь в строки и думая о чем-то своем. Настоящему поэту, увидев нечто стоящее, всегда хочется написать тут же и что-то свое, на таком же высоком уровне. И его уже видно муза посетила, и принес ее в комнатку лицеиста рыжий да ученый кот.
Теперь юноша скорее догадался, чем понял, что кот говорил сам, да и как могло быть по-другому. Он остолбенел, так и стоял перед ним с открытым ртом. И снова в комнатке повисло молчание, почти гробовое.