Капитан Крокус - стр. 39
Крокус поставил чемодан у клетки, распахнул дверцу и сказал:
– Пойдём отсюда, Нероша. Надо уходить! Пошли!
Лев потянулся, подошёл и ткнулся мордой в карман пальто Капитана, откуда вкусно пахло.
– Выходи, сказал Капитан, отступая на шаг, и вытащил из кармана несколько отбивных котлет с косточками.
Лев высунулся из клетки и опасливо попятился. В клетке он себя чувствовал в безопасности, и ему вовсе не хотелось выходить.
Напрасно Капитан выманивал его отбивными, гладил, уговаривал, приказывал, льстил, угрожал и лебезил. Нерон только упирался и хмурился.
Вдобавок от шума проснулся избалованный дрессированный поросёнок клоуна Коко – Персик, протиснулся сквозь щель своей загородки и вбежал через открытую дверцу в клетку к Нерону. Капитан не успел его поймать сразу, а потом тот спрятался за льва так, что его невозможно было оттуда выудить. Льву это, понятное дело, было приятно. С поросёнком они давно были приятели. С ним льву было не так одиноко, и они вдвоём прижались к задней стенке и, подбадривая друг друга, видимо, окончательно решили не выходить.
Наконец Капитан сдался. Он понял всё безумие своего плана. Он измучился, устал и вспотел. Он захлопнул дверцу и пожал плечами.
– Дураки вы, дураки! – печально сказал Крокус. – Дуралеи несчастные! – и махнул рукой.
Он вернулся в свою уборную, которую обязан был также освободить от себя к утру, как клетку ото льва, и, сжав руками голову, долго сидел, повторяя: «Освободить, вытряхнуть, выкинуть, высыпать…»
Потом Капитан встал и зарядил свой громадный пистолет ужасной толстой пулей, которая могла пробить насквозь три несгораемых шкафа, два фанерных щита и после этого ещё набить шишку кому-нибудь на лбу.
В тишине тёмного, спящего цирка сухо щёлкнул рубильник, большие висячие лампы вспыхнули и залили праздничным светом круглую, опоясанную бархатным барьером арену.
Капитан с пистолетом в руке вышел на середину и взмахнул шляпой, кланяясь, как всегда, на все четыре стороны.
В тишине слышно было, как шипели лампы, заливая светом полукруглые ряды пустынных кресел.
– Многоуважаемая публика!.. – торжественно выкрикнул Капитан, и голос его дрогнул. – Дамы и господа! Сейчас вы увидите заключительное выступление!.. Вот что вы увидите, господа!
Капитан отшвырнул шляпу, приставил громадное дуло пистолета к виску, но почувствовал, что кто-то настойчиво его толкает. Нерон стоял со шляпой в зубах и подталкивал Капитана, чтобы обратить на себя внимание. У него был виноватый и встревоженный вид.
Капитан опустил пистолет, сел с размаху на песок и, обняв лохматую шею рукой, горько заплакал.