Как соблазнить соседа миллионера? - стр. 14
Она слабо попыталась ударить меня в грудь маленькой ладошкой. Но попытка была настолько никчемная, что я понял это как разрешение двигаться дальше. Рука моя полезла по бедрам, пальцы вцепились в ягодицу, приподняли ногу.
Вот черт. Эта девица такая складная, как я и думал. Только эта сладость неподвластная мне, нежелающая отдаваться сама и от того она ещё слаще.
Только губы высвободились, Марианна тут же затянула старую песню:
- Я не собираюсь с вами встречаться.
- А я не зову тебя встречаться, я зову трахаться.
- Нет, это уже слишком, - пытается высвободиться, но не так чтобы я понял, что она не хочет.
Во мне уже просыпается желание получить, локтем нажал на кнопку и лифт поехал дальше.
Слабое сопротивление Марианны вообще ни о чем. Можно двигаться, это не сопротивление вообще. Двери открылись, я вытянул свою сегодняшнюю жертву, протянул по коридору, почти приподняв и придавил к стене у своей двери.
Да, детка, ещё немного и мы сольёмся. Дверь открыл одной рукой, дернул и втащил в свою берлогу скованную в моих объятьях Марианну. Только дверь захлопнулась, всё, я совсем озверел.
- Отпусти Том, мне завтра рано вставать, - она высвободила губы и слабо прошептала.
- Завтра суббота, малыш, - проговорил я и потянул её к кровати, слава богу, идти недолго, всего несколько шагов.
Мы упали, мои руки полезли по телу Марианны. Она типа сопротивляется, но хочет. Это мне нравится. Пытается остановить мои шаловливые руки, но слабо. А я тем временем стягиваю с неё платье и замираю обалдевший… вот такого вообще не ожидал увидеть у себя дома. Там под платьем черный с розовыми бантиками корсет, потрясные прозрачные, трусики и… чулки.
Не то чтобы я никогда не видел чулок, но на ней это всё охренеть как смотрится.
Я немного обалдевший от всего этого зрелища, замер пораженный и только остановился, Марианна сразу начала вставать.
- Мне надо домой.
Да что ж такое, снова припечатал её к кровати.
- Нет малышка, сегодня ты домой не пойдёшь. А может не только сегодня, я ещё не решил.
-----
О нет!
Его язык мягкий, тёплый, внимательный, а главное ненасытный. Безумствует у меня во рту. Определяет границы, забирает, не даёт свободы.
Как давно я не целовалась вот так. Это что-то невозможное, неземное, заставляющее меня забыть о принципах и собственных правилах жизни. Поддаться языку и требовательным, сильным рукам этого помятого чудовища, которое творит со мной что-то невообразимое.
Моё тело уже не принадлежит только мне, он начало принадлежать кому-то ещё.
Нужно немедленно вспомнить, кто я есть и поставить нахала на место, но как же сладки его глубокие поцелуи.