Размер шрифта
-
+

Империя. Терра Единства - стр. 27

Задумчиво молчу. Оля ждёт. И явно не отцепится. А я заперт в лифте и не смогу что-то придумать «со срочным делом» и «давай потом». А спасать нас пока не слишком торопятся.

Как назло.

– В тот момент, когда умер наш благословенный папа, а Ники стал императором, я стал наследником Престола Всероссийского. Николай тогда глубоко задел мои чувства, отказав в законном моём праве на титул цесаревича. Сказать, что он обидел меня, это ничего не сказать. Много лет я был наследником, зная, что в любой момент, по воле Провидения, могу стать императором. Конечно же, я мысленно ставил себя на место Николая, когда тот принимал то или иное решение. Мягко говоря, я не был со всем согласен, но ты отлично знала Ники – он был упрям как бык и не желал никого слушать. Потом родился Алексей, и перспектива стать императором для меня отдалилась, хотя с обнаруженной у мальчика гемофилией не ушла насовсем. Могло случиться всякое…

Я вновь поморщился от боли в руке, но продолжил:

– Ники, как ты знаешь, был очень ревнив к своей власти. Болезненно ревнив. Всё, что я говорил, он воспринимал в штыки. Но к 1916 году ситуация становилась нетерпимой, заговор зрел за заговором, Николай ничего не желал видеть и делать, с непонятным мне фатализмом ожидая будущего. И, как ты знаешь, во многих вариантах заговоров, моя тушка воспринималась в качестве декоративной фигуры, которая должна была бы вдруг что сменить Ники на троне. Вокруг меня тогда вились многие. Я не желал свержения Николая, но и прекрасно видел, что он сам ведёт Империю в пропасть. Естественно, я много думал и прикидывал свои варианты действий вдруг что. Понятно, что для окружающих старался казаться наивным прекраснодушным дурачком, иначе бы меня просто исключили из всех раскладов и к трону бы не подпустили на пушечный выстрел. А позволить себе этого я не мог категорически. Так что, Оленька, ничего «вдруг» не случилось. Когда Ники окончательно бросил поводья событий там, в Могилёве, мне пришлось перехватить управление. А дальше ты знаешь.

Версия была так себе и на основные вопросы не отвечала, но другого объяснения у меня для Оли не было. К счастью, судя по голосам и лязгу на крыше кабины лифта, нас таки прибыли спасать и моей милой сестричке ничего не оставалось, как отложить свой допрос на потом. Но она вернётся к подобным вопросам позднее.

Я ничуть в этом не сомневался.


ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. НОВЫЙ ИЛИОН. ДИРЕКЦИЯ ФЕСТИВАЛЯ ИМПЕРАТОРСКОЙ НОВОИЛИОНСКОЙ КИНОАКАДЕМИИ. 2 сентября 1936 года

Слёзы текли по её щекам.

Он жив. Жив. Слава Тебе, Господи, он жив. Рука – ерунда. Она его вылечит. Главное, что Миша – жив.

Страница 27