Иерихон - стр. 7
– Совершенно согласен. Я не требую от них личной преданности.
– А говорят, на личной преданности вся ваша незаконная организация и держится.
– Во-первых, вполне законная, во-вторых, кто говорит?
– Люди.
Кампари фыркнул, Валентина прищурилась, снова вглядываясь в лицо командора.
– Ты не любишь Агломерацию, – констатировала она. – Не уважаешь нас. Притом какая головокружительная карьера! В пятнадцать – приживала в монастыре, не знающий того, что доступно ребёнку в семь, в двадцать три – командор. Все разводят руками и не понимают, как так вышло: ты – человек, отвечающий за всё!
– Отвечать за всё – нетрудно, – нахмурился Кампари. – Система работает сама по себе. Остаётся не дышать на шедевр и следить, чтобы прочие на него не дышали.
Они замолчали, вспоминая, с чего же начался диалог.
– Положим, ты не суеверна, – Кампари отхлебнул «кофе» и привычно поморщился. – Не веришь ни в забарьерных монстров, ни во враждебные государства. Во что ты веришь?
– Ты – ставленник монастыря, – Валентина придирчиво окинула взглядом балкон, проулок и кирпичную стену. – Настоятельнице мало того, что здесь государство в государстве. Она решила выпустить щупальца наружу и создала тебя.
«Выпустить щупальца наружу», – отметил про себя Кампари, «Тоже моя формулировка. Только я о других щупальцах говорил».
– Монастырь не вмешивается в жизнь Агломерации, – улыбнулся командор.
– Ещё как вмешивается. Об этой кирпичной развалине сто лет вспоминали только при выборе имён, ради учебников латинского, если не считать фантазёров, у которых потребность в религии перевешивает здравый смысл. Мне их не понять, но горстка подобных индивидов, наверное, будет существовать во все времена.
– Ничего себе, горстка – два миллиона граждан, – вставил Кампари.
– Твоё восхождение подогрело интерес к монастырю, – Валентина пропустила замечание мимо ушей. – За прошедший год только ленивый сюда не приезжал: посмотреть библиотеку, хранилище, теплицы. Интернатские воспитатели приходят «посоветоваться с братьями и сёстрами» – с теми, кто, по сути, живёт вне города! Безумие.
– Не преувеличивай. Люди загибаются без новых впечатлений, а внутри барьера нового нет – только хорошо забытое старое. Расслабься, мода – дело изменчивое.
– Кстати о моде, на которую твой специфический облик неизбежно влияет…
– После «монастырских щупалец» мы снова заговорим о моём облике? Как мелко.
– Тлетворное воздействие на умы всегда начинается с мелочей.
– Кстати о мелочах. Начну злоупотреблять властью прямо сейчас, – Кампари заржал, оценив выражение её лица. – Пора освободить в теплицах место под настоящий кофе. Несколько поколений пьют синтетическую дрянь, – он указал на кофейник.