И один в поле воин - стр. 11
– Скажи, в чем суть этого дела.
– Нечаев познакомился с отцом на охоте, и потом они часто ходили вместе охотиться. Но в тысяча девятьсот тридцать седьмом году отец заметил, что Нечаев как-то подозрительно относится к нему. Боясь, что он получил материалы о нашей деятельности, отец решил его скомпрометировать. Он сочинил, а я переписал анонимку и отправил в высшие органы ГПУ. В ней мы обвиняли Нечаева в том, что он ходит в тайгу не на охоту, а для встреч с японским шпионом, который действует в этом районе, и передает ему секретные информации. Анонимке поверили, Нечаева арестовали, о дальнейшей его судьбе отец не мог ничего узнать.
– Вот и не верь в наследственность! Ведь у тебя чисто отцовская память. А для нас, разведчиков, хорошая память – первое оружие. Ты мне говорил, что помогал отцу расшифровывать наши приказы и зашифровывать сведения. Вчера мне пришлось просматривать свои архивы, и я случайно нашел там интересную бумажку. Вот она. Не напоминает она тебе чего-нибудь?
Бертгольд протянул Генриху небольшой, уже пожелтевший листочек, на котором были написаны лишь три ряда цифр в разных комбинациях по четыре.
Пока Генрих внимательно разглядывал цифры, Бертгольд равнодушно курил, время от времени поглядывая на сосредоточенное лицо гостя. Оберст был уверен, что задание трудное, его мог выполнить лишь тот, кто годами имел дело с этим шифром.
Молчание затянулось. И Бертгольд уже начал жалеть, что прибег к такому сложному способу проверки. Ведь действительно надо быть старым опытным агентом разведки, а не юным помощником разведчика, чтобы держать в голове ключ кода, примененного четыре-пять лет назад, да и то всего несколько раз.
Наконец Генрих поднял голову.
– Так вот где эта бумажка, – сказал он, грустно улыбаясь. – А отец так ждал ее, столько нервничал. Он тогда вынужден был принять самостоятельное решение и действовать по своему усмотрению. И только после того как все уже было сделано, вы прислали ему коротенькое сообщение с благодарностью… Ведь это же инструкция по проведению операции «Таубе»! После того как отец сообщил, что русские строят в тайге номерной завод, вы ответили: «Начало строительства надо задержать всеми способами». Обещали дать конкретнее задание, но мы его не дождались. Тогда отец сам, через агента «Б-49», провел операцию «Таубе». Он сжег бараки, и рабочие разбежались… И вот теперь, через полдесятка лет, я держу в руках инструкцию, которую мы ждали с таким нетерпением. – Генрих печально покачал головой и задумался.
– Прости меня, что я заставил тебя вспоминать о тяжелом, но имей в виду – мы, разведчики, должны обладать железным сердцем и стальными нервами.