Герои Великой войны. 1941-1945 - стр. 11
24 июля
На территории, захваченной фашистами, остались пять тяжело раненных красноармейцев. Дружинница Клавдия Павлова взялась спасти раненых и доставить их в госпиталь. Ползком пробралась она к опушке леса, на которой скрывались раненые бойцы. Привязав к себе на спину первого раненого, Клавдия Павлова проползла 4 км и доставила его на передовой санитарный пост. Так она в течение одного дня выручила всех пятерых раненых.
25 июля
Храбрость и находчивость проявил красноармеец Оленев. Во время разведки вражеского тыла он заметил на опушке леса 3 немецкие автомашины с боеприпасами. Около машин на траве лежали, отдыхая, 12 фашистских шоферов и солдат. Переползая от дерева к дереву, красноармеец подкрался к врагу на 25 метров и бросил в автомашины одну за другой пять гранат. Сдетонировали боеприпасы. Взрывом огромной силы уничтожены все немецкие машины и солдаты.
30 июля
В урочище Зелёная Брама на правобережье реки Синюха около села Подвысокое Новоархангельского района Кировоградской области Украины были окружены части 6-й и 12-й армий Юго-Западного фронта. Советские солдаты дали свой последний бой гитлеровцам. Из более чем 100 000 советских воинов к своим прорвались около 11 000, остальные погибли или попали в плен.
Среди тех, кто сражался в Зелёной Браме, был и отдельный батальон пограничного отряда охраны тыла Юго-Западного фронта. Вместе с пограничниками находились и их служебные собаки – около 150.
30 июля, прикрывая отход наших частей, в последнюю контратаку пошли пограничники. Они сумели добраться до атакующих цепей противника и сошлись в рукопашной. Это было страшное зрелище: умирающие под градом пуль овчарки последним усилием вцеплялись в глотку фашистам. Немцы, не встречавшиеся ни с чем подобным, в панике стали отходить. Но им на подмогу были брошены танки.
В этом бою погибли все пограничники и большинство собак. Уцелевшие оставались рядом со своими убитыми хозяевами, и их расстреливали гитлеровцы.
31 июля
К концу июля на фронт ушли 12 дивизий московского, 2 корпуса и 8 дивизий киевского, 3 полка карельского ополчения. В Белоруссии было создано 200 формирований народного ополчения (около 33 000 чел.). Призвать «белобилетников» оказалось проще, чем вооружить их и обучить. В 6 дивизиях народного ополчения, включенных в состав Резервного фронта, образованного 30 июля, насчитывалось всего 15 танков, 54 трактора и пять 120-миллиметровых минометов. Для московского ополчения собрали 263 пушки устаревших систем.
Где-то в это время был призван Николай Иосифович Чалый, маленький обыкновенный человек, который пошел защищать Родину. Вначале его не брали из-за слишком маленького роста. Его сверстники уже вовсю воевали, а он мотался по инстанциям, доказывая, что достоин быть солдатом. Наконец, не без помощи «могарыча», его призвали, и он был счастлив! Со станции Чертково в гражданской одежде пешим ходом колонна призывников двинулась на Харьков, где новобранцы должны были распределиться по воинским частям. В один из дней фашисты колонну бомбили, а потом окружили и всех оставшихся в живых взяли в плен. Николая угнали в Германию на шахты, потом в Бельгию. Там он и рубил уголь, пока его не освободили американцы. Часть советских пленных не захотела возвращаться в СССР, и американцы, в обход правил, этому способствовали, а большинство, конечно, рвались домой. Николая по возвращении на Родину тут же посадили и сослали в Донбасс, опять же на шахты. Он сумел бежать, вернулся домой, но даже не успел поесть, как за ним пришли. Отправили назад, добавив срок. Там он заболел, был помещен в «больничку», откуда снова бежал… Несколько лет нищенствовал, побирался, иногда тайно приходил домой… После смерти Сталина его реабилитировали, он устроился механиком на элеватор, жизнь как-то стала налаживаться… Но однажды его нашли насильственно повешенным в т. н. садовых посадках вдоль железной дороги. Говорили, что повесили его уголовники, игравшие в карты «на встречного» – это когда проигравший по уговору должен убить первого встречного человека… Вот так закончилась жизнь маленького человека, однажды добровольно пошедшего на войну, но даже не надевшего солдатской одежды и не сделавшего ни одного выстрела.