Размер шрифта
-
+

Гений - стр. 28

– У тебя усталый вид, – говорю я. – Ложился бы лучше спать. Мама будет недовольна, если увидит, что ты еще не спишь.

– Давай закончим страницу, – бормочет Джон, слушая меня вполуха. – Если, конечно, тебе не надо ложиться.

От его слов я только сажусь прямее:

– Я не устал.

Мы снова склоняемся над книгой, и Джон зачитывает следующую строку.

– В Денвере, – медленно произносит он, – после… завершения северной стены… Президент… официально… официально…

– Оценил, – помогаю ему я.

– Оценил случившееся… как преступление… – Джон замолкает на несколько секунд, потом трясет головой и вздыхает.

– Против, – подсказываю я.

Джон хмурится, глядя на страницу.

– Ты уверен? Тут нужно другое слово. Ну да ладно. «Против государства войти в…» – Джон замолкает, откидывается на спинку стула и трет глаза. – Ты прав, Дэнни. Пожалуй, мне пора спать.

– А что такое?

– Буквы расплываются по странице. – Джон вздыхает и постукивает пальцами по бумаге. – У меня голова кружится.

– Да ладно. Закончим строчку – и все.

Я показываю, где он остановился, нахожу слово, которое вызвало у него затруднения.

– В столицу, – читаю я. – Преступление против государства войти в столицу без предварительной военной зачистки.

Джон чуть улыбается, слыша, как я без запинки читаю предложение.

– Ты пройдешь Испытание без сучка без задоринки, – говорит он, когда я заканчиваю. – И Иден тоже. Если я еле протиснулся, то ты пройдешь на ура. У тебя есть голова на плечах, малыш.

Я отмахиваюсь от его похвалы:

– Средняя школа у меня не вызывает особых эмоций.

– А хорошо бы вызывала. По крайней мере, у тебя будет шанс сделать карьеру. Если покажешь хорошие результаты, Республика даже может отправить тебя в военный колледж. Разве такая перспектива не вызывает эмоций?

Вдруг раздается стук во входную дверь. Я вскакиваю. Джон усаживает меня на место.

– Кто там? – кричит он.

Стук становится громче, я даже закрываю уши руками, чтобы не слышать его. Из гостиной выходит мама со спящим Иденом на руках и спрашивает, что происходит. Джон делает шаг вперед, видимо собираясь открыть, но не успевает – она распахивается и внутрь врывается спецотряд вооруженных полицейских. Впереди стоит девушка с длинными темными волосами, схваченными сзади в хвостик, и золотым блеском в глазах. Ее зовут Джун.

– Вы арестованы за убийство нашего блистательного Президента, – говорит она.

Она поднимает пистолет и стреляет в Джона. Потом в маму. Я кричу во весь голос. Кричу так громко, что лопаются голосовые связки. Затем все погружается в черноту.

Меня пронзает боль. Теперь мне десять. Я в лаборатории Центральной лос-анджелесской больницы, заперт вместе с другими. Сколько нас здесь, и не сосчитать. Все мы пристегнуты к каталкам, ослеплены ярким светом. Надо мной склоняются доктора в респираторах. Я прищуриваюсь. Почему они не дают мне уснуть? Свет такой яркий – я ощущаю… разум медленно влечет меня по затянутому туманом морю.

Страница 28