Размер шрифта
-
+

Ее последний вздох - стр. 15

Кроссуайт застегнула молнию пуховика доверху и шагнула в леденящий утренний воздух.

– Снова дежавю по полной программе, – сказал Кинс.

Уильямс кивнул ей – мол, вот и ты – и нацепил болтавшиеся на шее очки на нос. Его руки дрожали от холода, когда он зачитывал ей из спирального блокнота.

– Покойная – Анжела Шрайбер, танцовщица из «Пинк Палас». – Трейси взглянула на Кинса, тот приподнял брови. Уильям показал на стеклянную дверь у въездных ворот. – Менеджер живет в секции за офисом. Говорит, Шрайбер приехала одна, после часу ночи, заплатила наличными.

– С ней кто-нибудь был? – спросила Трейси.

– Говорит, никого не видел, не обратил внимания. Забеспокоился, только когда оплаченное время вышло, а она все не несла ключи.

– Он ее знает?

– Говорит, она начала приходить сюда пару месяцев назад. Всегда одна. Всегда платила наличкой. Всегда вежливая. И всегда вовремя возвращала ключ. До сегодняшнего дня. Когда она не принесла ключ сегодня, он сам пошел в номер и постучал. Никто не открыл, он открыл дверь своим ключом и вошел. Но далеко так и не ушел. Побежал в офис и вызвал 911. Патрульные опечатали комнату. Криминалисты и судмедэксперты уже в пути. Возможно, подъедет и еще кто-нибудь из прокуратуры.

Каждый раз, когда в округе Кинг случалось убийство, на место преступления обязательно направляли кого-нибудь из наиболее опытных прокуроров – участвовать в проекте «Особо опасный преступник». Прокурор оставался приписанным к делу от начала и до конца расследования, чтобы детективы могли получить у него консультацию по любым юридическим вопросам, возникающим по ходу дела, – считалось, что так расследование будет более эффективным и открытым. Детективы постарше нередко раздражались из-за того, что прокурор болтается у них под ногами на месте преступления, но Трейси это никогда не мешало.

– Ты уже смотрел? – спросила она Кинса.

Тот кивнул.

– В данном случае картина стоит того, чтобы потратить тысячу слов на ее описание.

Трейси подошла к последней двери под узким навесом. Уильямс огородил красной лентой весь внутренний периметр, патрульный офицер стоял у входа и делал отметки в журнале посещений. Всякий, кто пересекал красную линию, должен был расписаться в журнале и подать письменное заявление. Начальникам нравилось делать вид, будто каждое расследование ведется на высоком профессиональном уровне, но вот заполнять бумажки они терпеть не могли.

– Вы – ответственный офицер? – спросила у него Трейси, делая запись в журнале.

– Да.

– Пожарные уже были?

– Уехали десять минут назад.

– Номер машины записали?

Страница 15