Размер шрифта
-
+

Друг-апрель - стр. 35

– Мне что, опять глаза луком натирать? – угрюмо осведомился Тюлька.

– Не, луком сейчас никого не прошибешь, это я еще мог луком… А сейчас надо работать серьезно, с микроскопом…

Чугун вытряхнул из рюкзака вожжи. То, что это именно вожжи, Аксён понял по запаху. Вожжи благоухали конюшней, видимо, Чугун там их и спер.

– Что это? – с подозрением спросил Тюлька.

– Вожжи, – Чугун потряс вожжами, – полезная вещь…

– Зачем это?

– Лупить сейчас тебя будем, – объявил Аксён. – Чтобы шрамы остались. Шрамы народ любит.

– Не хочу шрамы…

– Заткнись, Аксён, – шикнул Чугун, – какие шрамы, не верь ему. Это для носилок…

– Зачем носилки? – Тюлька сделал шаг назад.

– Я же говорю, Тюлька, – теперь подмигнул уже Аксён. – Отлупим тебя – и на носилки, в травмпункт…

– Никто никого лупить не будет! – рявкнул Чугун. – Все будет тихо! Рассказываю, и никому меня, блин, не перебивать!

Чугун потряс вожжами.

– Сейчас сделаем носилки, пойдем на вокзал. Тюлька ляжет на носилки и будет смотреть. Вот так.

Чугун продемонстрировал, как следует смотреть. Аксёну не очень понравилось, выражение лица у Чугуна сложилось наглое и одновременно заискивающее, он такому и копейки не дал бы.

– Ну, ты сам умеешь смотреть, – Чугун сменил заискивающее лицо на просто наглое. – Будешь валяться на носилках и молчать, ничего говорить не надо. Ясно?

Тюлька кивнул.

– Ладно, Тюлькан, ты пока в образ входи, а мы с Акселем поработаем. Ты представляешь, как делать носилки?

В носилках Аксён разбирался поверхностно, впрочем, этого оказалось достаточно. Чугун вырубил две жердины, Аксён переплел их вожжами. Получилось одноразово, но в вечность Чугун и не метил.

– Сойдет, – сказал он. – В конце концов, таскать мы его не собираемся. А на проезжающих лохов подействует. Ну что, ильи муромцы, поторопимся, а то время поджимает, давай, Тюлька, поторапливайся.

Они ускорились.

Остаток пути проделали весело. Сначала Чугун дразнил Тюльку карликом и обещал, что он никогда не вырастет, а так навсегда и останется дохлягой, это на Тюльку не очень уже действовало, поскольку он приобрел иммунитет к подобным заурядным дразнилкам.

Тогда Чугун проявил оригинальность и принялся дразнить младшего по-другому – он называл его Тюлькас Писькаас и рассказывал, как Тюлькас Писькаас познакомился с Койкой Пополяйнен и они решили пожениться. От таких изощрений Тюлька привелся в бешенство и стал обзываться самыми страшными словами, какие знал, в том числе и совсем уж неприличными.

Аксён слушал вполовину. Он давно уже заметил, что научился слушать одной стороной головы, обычно левой, другой думал о чем-то отвлеченном, ну, вот сейчас, к примеру, он думал о рельсах. Все рельсы ведь свинчены друг с другом, а где-то даже и сварены, а тянутся они из самого запада Европы до Владивостока, до Китая, а то и до Индии. И на самом деле это совсем не отдельные рельсы, а одна гигантская рельса, дотронувшись до нее в любом месте, можно дотронуться до рельсы в Бомбее.

Страница 35