Дочь моего врага - стр. 3
— Та-а-ак! Веселая картина, — хмыкнул Игорь. — А семья?
— Женат. Жена — светская львица…
— Так! А вот это уже интересно.
— Ничего не выйдет. Тощая, как палка, немецкая грымза, но умная… Держит своего Владимирского в кулаке. Это она придумала план захвата ваших земель.
— Вот черт! Кто еще есть?
— Дочка.
— Как она?
— Малолетняя оторва, — Петр засмеялся. — Вечно ищет приключения на свою хорошенькую попку.
— Прямо и хорошенькую?
— Ага. Симпатичная девчонка, но не модель. От таких нормальные парни шарахаются, как от чумы. Ой, простите! Я не хотел вас задеть!
— Да ладно тебе! И чем эта чума знаменита?
— То в клубе напьется и подерется с кем-нибудь, то в препода во время лекции тетрадкой запустит: посмотрел он, видите ли, не так, то еще что учудит. Не удивлюсь, если и наркотой балуется. Настоящая чума!
— Чума… Хм! Да, перспектива не из лучших. Что делать будем, как компанию возвращать?
— Не знаю. Игорь Сергеевич, вы у нас голова. Что-нибудь придумаете.
Дальше ехали молча, каждый размышлял о своем. Игорь прибавлял скорость, потом спохватывался и снова ехал, соблюдая правила. В голове роились разные мысли, но они не могли испортить ему отличное настроение: душа пела и радовалась свободе.
Когда въехали в Москву, он повернул машину по привычному маршруту, но Петр внезапно закричал:
— Нам не туда!
Игорь ударил по тормозам, они заскрипели по асфальту.
— Петь, ты решил меня добить? Почему кричишь?
— Простите, нам в другой район надо.
— И где я сейчас живу?
— Игорь Сергеевич, — Петр замялся и спрятал глаза, — я снял двушку на окраине. — Он немного помолчал и совсем тихо добавил: — в Бирюлево.
— Где? — взвился Игорь и ударил кулаком по рулю. — Смерти хочешь? Что я там забыл?
— На большее у меня денег не хватило.
— А мои деньги где? А мой дом? Они куда исчезли? Владимирский настолько мелочен, что и это прихватил?
— Нет. Здесь Елена Сергеевна, ваша подруга, постаралась.
— Аленка?
Неприятное известие ударило по мозгам. Игорь припарковал машину у бордюра, чувствуя, что дальше вести ее не может. Когда он попал в тюрьму, Аленка была в ужасе. Она привыкла к спокойной и богатой жизни, рыдала, что без него для нее свет не мил. А что оказалось? Мил, да еще как! А он, идиот, ей верил!
— Бля… — дальше понеслись непереводимые словосочетания, и от каждого выражения Петр вздрагивал и втягивал голову в плечи: в старину гонцу, принесшему плохие вести, грозила смертная казнь.
Наконец Игорь выплеснул злость вместе с матами и замолчал. Голова загудела, как чугун, и наполнилась тяжелыми мыслями.