Черная тарелка - стр. 37
Пресса густо обмазывает Клаву дегтем. На первом канале проходит сюжет из ее супермаркета: крикливые дамы с фиолетовыми халами на голове рассказывают, что она каждый день выносила из своей секции продукты, а на работе ее нередко видели выпившей, как-то раз даже застукали в подсобке за распитием с разнорабочими, с которыми она, говорят, и не такое вытворяла. «Назавтра» рисует генеалогическое древо Толмачевых и где-то в его ветвях раскапывает то ли дедушку, то ли прадедушку не то Гуревича, не то Эпштейна. «Столичный ленинец» публикует полный список Клавиных любовников, в нем Горский, Сонокотов, Последнев, сам Семен Захарович и еще добрый десяток звучных имен. Меня в этом списке нет. «Русский курьер» находит очевидцев самоподжога в целях переселения на казенную квартиру. И так далее.
Своим порядком идут тягомотные многомесячные процедуры в Сенате и Высших судах страны. Все голосовавшие за импичмент парламентарии получают предложение: за семизначную сумму свой голос отозвать. Десяток иуд его принимает. Но несколько десятков из числа голосовавших против переходят на нашу сторону.
Спикер Палаты заявляет о своей отставке. Его место по регламенту занимает Клава.
Наружка облепляет ее и всех наших, как мухи липкую ленту, преследует открыто, внаглую. Принимаем решение: Клава, Последнев и Сонокотов поселяются в своих кабинетах и из Палаты не выходят ни под каким видом.
На «Мосфильме» дотла выгорает павильон, где снимается Толя Горский. Продюсоры, которые до сих пор за него дрались, рвут с ним договора.
Импичмент объявлен. Президент отказывается сложить свои полномочия. В Москве и губернских центрах ЭРОС выводит на улицы своих сторонников, к нам присоединяются коммуняки, часть маргиналов и невесты во главе с Маргаритой Куцей, то ли искренне, то ли по расчету переметнувшейся на нашу сторону. Национал-автомобилисты выезжают на улицы, за гудками «жигулей» всех моделей и возрастов не слышна человеческая речь. Из супермаркетов исчезают крупы, спички и соль.
Военные заявляют о своем нейтралитете.
Владлен Красноперский на вертолете добирается до Моршанска, подымает полностью укомплектованную Моршанскую дивизию ВДВ и с развернутыми знаменами – маргиналов-охлократов и полковыми – ведет ее на Москву.
Дивизия походным маршем проходит Воронеж, Липецк, Тулу, Каширу, Домодедово. Она уже на МКАДе. Выбрасывая облака сизого дыма, передовые машины втягиваются в Ленинский проспект. Минуют площадь Гагарина, идут по Якиманке. Они уже у недавно восстановленного, сверкающего свежей импортной краской Манежа…